Царь святослав: Князь Святослав Игоревич | Государственное управление в России в портретах

Содержание

Русские земли

Когда князь Святослав вырос и возмужал, то начал набирать воинов многих и храбрых, ходя легко, как барс, много воевал. Идя в поход, возов за собою не возил, ни котлов, потому что мяса не варил, но, изрезав тонкими ломтями конину или зверину, или говядину, пек на угольях; шатра у него не было, а спал он на конском потнике, положивши седло под голову; так вели себя и все его воины. Он посылал в разные стороны, к разным народам с объявлением: «Хочу на вас идти!» Начальные слова предания о Святославе показывают набор дружины, удальцов, которые, как обыкновенно тогда водилось, прослышав о храбром вожде, стекались к нему отовсюду за славою и добычею. Поэтому Святослав совершал свои подвиги с помощию одной своей дружины, а не соединенными силами всех подвластных Руси племен: и точно, при описании походов его летописец не вы числяет племен, принимавших в них участие. Святослав набирал воинов многих и храбрых, которые были во всем на него похожи: так можно сказать только об отборной дружине, а не о войске многочисленном, составленном из разных племен. Самый способ ведения войны показывает, что она велась с небольшою отборною дружиною, которая позволяла Святославу обходиться без обозу и делать быстрые переходы: он воевал, ходя легко, как барс, т. е. делал необыкновенно быстрые переходы, прыжками, так сказать, подобно названному зверю.


При князьях, предшественниках Святослава, не было тронуто одно только славянское племя на восток от Днепра — то были вятичи. С них-то и начал Святослав свои походы, узнав, что это племя платило дань козарам, Святослав бросился на последних, одолел их кагана, взял его главный город на Дону — Белую Вежу; потом победил ясов и касогов, жителей Прикавказья. К 968 году относят восточные писатели поход руссов на волжских болгар, разграбление главного города их (Болгар), который был складкою товаров, привозимых из окрестных стран; потом Русь вниз по Волге спустилась до Казерана, разграбила и этот город, равно как Итиль и Семендер. Все это согласно с русским преданием о походе Святослава на Волгу и битвах его с козарами, ясами и касогами. Так отомстил Святослав приволжскому народонаселению за недавние поражения руссов. По всем вероятностям, ко времени этих походов Святослава относится подчинение Тмутаракани русскому киевскому князю. На возвратном пути с востока Святослав, говорит летопись, победил вятичей и наложил на них дань. С этого времени начинаются подвиги Святослава, мало имеющие отношения к нашей истории. Греческий император Никифор, угрожаемый войною с двух сторон, — и со стороны арабов и со стороны болгар — решился по обычаю вооружить против варваров других варваров: послал патриция Калокира к русскому князю нанять его за 15 кентинарий золота и привести воевать Болгарию. Калокир, говорят греческие историки, подружился с Святославом, прельстил его подарками и обещаниями; уговорились: Святославу завоевать Болгарию, оставить ее за собою и помогать Калокиру в достижении императорского престола, за что Калокир обещал Святославу несметные сокровища из императорской казны. В 967 году Святослав с своею дружиною отправился в Болгарию, завоевал ее и остался жить там в Переяславце на Дунае; он княжил в Переяславце, говорит летописец, а Русь оставалась без князя: в Киеве жила престарелая Ольга с малолетними внуками, а подле была степь, откуда беспрестанно можно было ожидать нападения кочевых варваров. И вот пришли печенеги, оборонить было некому, Ольга затворилась в Киеве со внуками. Бесчисленное множество печенегов обступило город, нельзя было ни выйти из него, ни вести послать, и жители изнемогали от голода и жажды. На противоположной стороне Днепра, говорит предание, собрались ратные люди в лодках, но не смели напасть на печенегов и не было сообщения между ними и киевлянами. Тогда последние встужили и стали говорить: «Нет ли кого, кто б мог пройти на ту сторону и сказать нашим, что если они завтра не нападут на печенегов, то мы сдадимся» И вот вызвался один молодой человек: «Я, — сказал он, — пойду» «Иди!» — закричали ему все. Молодой человек вышел из города с уздою и, ходя между печенегами, спрашивал, не видал ли кто его лошади. Он умел говорить по-печенежски, и потому варвары приняли его за одного из своих. Когда он подошел к реке, то сбросил с себя платье и поплыл; печенеги догадались об обмане, начали стрелять по нем, но не могли уже попасть: он был далеко, и русские стой стороны выехали в лодке к нему навстречу и перевезли на другой берег. Он сказал им: «Если не подступите завтра к городу, то люди хотят сдаться печенегам». Воевода именем Претич сказал на это: «Подступим завтра в лодках, как-нибудь захватим княгиню с княжатами и умчим их на эту сторону, а не то Святослав погубит нас, как воротится». Все согласились и на другой день, на рассвете, седши в лодки, громко затрубили; люди в городе радостно откликнулись им. Печенеги подумали, что князь пришел, отбежали от города, а тем временем Ольга со внуками успела сесть в лодку и переехать на другой берег. Увидав это, печенежский князь возвратился один к воеводе Претичу и спросил у него: «Кто это пришел?» Претич отвечал: «Люди с той стороны». Печенег опять спросил Претича: «А ты князь ли?» Воевода отвечал: «Я муж княжой и пришел в сторожах, а по мне идет полк с князем, бесчисленное множество войска». Он сказал это, чтобы пригрозить ему. Тогда князь печенежский сказал воеводе: «Будь мне другом». Тот согласился. Оба подали друг другу руки и разменялись подарками: князь печенежский подарил Претичу коня, саблю, стрелы; Претич отдарил его бронею, щитом и мечом. После этого печенеги отступили от города, но стали не в далеком расстоянии от него; летописец говорит, что русским нельзя было коней напоить: на Лыбеди стояли печенеги. Таково предание, внесенное в летопись, так народная память передавала это событие. Из характеристических черт времени в этом предании мы заметим описание подарков, которыми обменялись Претич и князь печенежский, — в различии оружия резко выразилось различие между Европою и Азиею, между европейским и азиатским вооружением: степной кочевник, всадник по преимуществу, дарит коня и скифское оружие — саблю, стрелы; воевода русский дарит ему оружие воина европейского, большею частью оборонительное: броню, щит и меч.


Киевляне, продолжает предание, послали сказать Святославу: «Ты, князь, чужой земли ищешь и блюдешь ее, от своей же отрекся, чуть-чуть нас не взяли печенеги вместе с твоею матерью и детьми; если не придешь, не оборонишь нас, то опять возьмут; неужели тебе не жалко отчины своей, ни матери-старухи, ни детей малых?» Услыхав об этом, Святослав немедленно сел на коней, с дружиною пришел в Киев, поздоровался с матерью и детьми, рассердился на печенегов, собрал войско и прогнал варваров в степь. Но Святослав недолго нажил в Киеве: по преданию, он сказал матери своей и боярам: «Не любо мне в Киеве, хочу жить в Переяславце на Дунае — там средина Земли моей; туда со всех сторон свозят все доброе: от греков — золото, ткани, вина, овощи разные от чехов и венгров — серебро и коней, из Руси — меха, воск, мед и рабов». Ольга на это отвечала ему: «Ты видишь, что я уже больна, куда же это ты от меня уходишь? Когда похоронишь меня, то иди куда хочешь». Через три дня Ольга умерла, и плакались по ней сын, внуки и люди все плачем великим. Ольга запретила праздновать по себе тризну, потому что у ней был священник, который и похоронил ее.


Здесь очень важно для нас выражение Святослава о Переяславце: «То есть середа в Земле моей». Каким образом Переяславец мог быть серединою земли Святославовой? Это выражение может быть объяснено двояким образом: 1) Переяславец в земле моей есть серединное место, потому что туда изо всех стран свозится все доброе; Переяславец, следовательно, назван серединою не относительно положения своего среди владений Святослава, но как средоточие торговли. 2) Второе объяснение нам кажется легче: Святослав своею Землею считал только одну Болгарию, приобретенную им самим, Русскую же землю считал по понятиям того времени владением общим, родовым. Святослав спешил окончить свое княжение на Руси: он посадил старшего сына, Ярополка, в Киеве, другого, Олега, — в земле Древлянской. Это вовсе не значит, чтобы этими волостями ограничивались владения русских князей: уже при Олеге все течение Днепра до Киева было в русском владении, в Смоленске и Любече сидели мужи киевского князя; Ольга ездила и рядила землю до самых северных пределов Новгородской области; следовательно, деление Святослава означает, что у него было только двое способных к правлению сыновей, а не только две волости — Киевская и Древлянская; остальные же волости оба брата должны были поделить между собою, как после Ярославичи, усевшись около Днепра, поделили между собою волости отдаленнейшие. Как после Ярославичи теснились все в привольной родине своей, около Днепра и Киева, около собственной Руси, не любя волостей северных и восточных, так и теперь оба сына Святославова садятся на юге, недалеко друг от друга и не хотят идти на север. Но если князья не любили севера, то жители северной области, новгородцы, не любили жить без князя или управляться посадником из Киева, особенно когда древляне получили своего князя. Новгородцы и после любили, чтобы у них был свой князь, знавший их обычай; до сих пор они терпели посадника киевского, потому что во всей Руси был один князь, но теперь, когда древляне получили особого князя, новгородцы так же хотят иметь своего. Послы их, по преданию, пришли к Святославу и стали просить себе князя: «Если никто из вашего рода не пойдет к нам, — говорили они, — то мы найдем себе князя». Святослав отвечал им: «Если бы кто к вам пошел, то я был бы рад дать вам князя». Ярополк и Олег были спрошены — хотят ли идти в Новгород — и, по изложенным выше причинам, отказались. Тогда Добрыня внушил новгородцам: «Просите Владимира». Владимир был третий сын Святослава, рожденный от Малуши — ключницы Ольгиной, сестры Добрыни. Новгородцы сказали Святославу: «Дай нам Владимира». Князь отвечал им: «Возьмите». Новгородцы взяли Владимира к себе, и пошел Владимир с Добрынею, дядею своим, в Новгород, а Святослав — в Переяславец.


Здесь останавливает нас вопрос: почему Святослав не дал никакой волости младшему сыну своему, Владимиру, сам сначала и уже после отправил его к новгородцам по требованию последних? Летописец как будто спешит объяснить причину явления; Владимир, говорит он, был сын Малуши — ключницы Ольгиной, следовательно рабыни, ибо, по древнему уставу, человек и вольный, ставший ключником, поэтому уже самому превращался в раба. Итак, Владимир был не совсем равноправный брат Ярополка и Олега. Многоженство не исключало неравноправности: если было различие между женами (водимыми) и наложницами, то необходимо долженствовало существовать различие и между детьми тех и других. Но если многоженство не исключало неравноправности детей, то по крайней мере много ослабляло ее: было различие между детьми наложниц — правда, но все не такое различие, какое, по нашим понятиям, существует между детьми законными и незаконными. На это малое различие указывает уже то явление, что новгородцы приняли Владимира, как князя, и после не полагается между ним и братьями никакого различия. Здесь, как естественно, имело силу не столько различие между законностию и незаконностию матери, сколько знатность и низость ее происхождения; разумеется, ключница, рабыня, полюбившаяся Святославу, не могла стать наряду с другою его женою, какой-нибудь княжною, или дочерью знатного боярина; отсюда низость матери падала и на сына, не отнимая, впрочем, у него отцовских прав; Владимир был князь, но при случае, когда нужно было сравнить его с остальными братьями, могли выставить на вид низкое происхождение его матери; так после полоцкая княжна Рогнеда, выбирая между двумя женихами, Ярополком и Владимиром, говорит, что она не хочет идти замуж за Владимира как сына рабыни. Обратить внимание на это обстоятельство было очень естественно княжне, ибо при многоженстве женщины знатного происхождения старались как можно резче отделить от себя наложниц своих мужей, и презрение, которое питали к наложницам, старались переносить и на детей их. Святослав сначала не дал волости Владимиру и потом отпустил его в Новгород, могши в самом деле испугаться угрозы новгородцев, что они откажутся от его рода и найдут себе другого князя. Добрыня хлопотал об этом, надеясь во время малолетства Владимирова занимать первое место в Новгороде и не надеясь, чтобы после старшие братья дали младшему хорошую волость; новгородцы же приняли малолетнего Владимира, потому что он все-таки был независимый князь, а не посадник, притом же надеялись воспитать у себя Владимира в своем обычае: они и после любили иметь у себя такого князя, который бы вырос у них.


Княжение Святослава кончилось на Руси; он отдал все свои владения здесь сыновьям и отправился в Болгарию навсегда.

М.В. Ломоносов



М.В. Ломоносов

1764 г.

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА



БИБЛИОТЕКА
А: Айзатуллин, Аксаков, Алданов.

..

Б: Бажанов, Базарный, Базили…
В: Васильев, Введенский, Вернадский…
Г: Гавриил, Галактионова, Ганин, Гапон…
Д: Давыдов, Дан, Данилевский, Дебольский…
Е, Ё: Елизарова, Ермолов, Ермушин…
Ж: Жид, Жуков, Журавель…
З: Зазубрин, Зензинов, Земсков…
И: Иванов, Иванов-Разумник, Иванюк, Ильин…
К: Карамзин, Кара-Мурза, Караулов…
Л: Лев Диакон, Левицкий, Ленин…
М: Мавродин, Майорова, Макаров…
Н: Нагорный Карабах…, Назимова, Несмелов, Нестор…
О: Оболенский, Овсянников, Ортега-и-Гассет, Оруэлл…
П: Павлов, Панова, Пахомкина…
Р: Радек, Рассел, Рассоха…
С: Савельев, Савинков, Сахаров, Север.

..

Т: Тарасов, Тарнава, Тартаковский, Татищев…
У: Уваров, Усманов, Успенский, Устрялов, Уткин…
Ф: Федоров, Фейхтвангер, Финкер, Флоренский…
Х: Хилльгрубер, Хлобустов, Хрущев…
Ц: Царегородцев, Церетели, Цеткин, Цундел…
Ч: Чемберлен, Чернов, Чижов…
Ш, Щ: Шамбаров, Шаповлов, Швед…
Э: Энгельс…
Ю: Юнгер, Юсупов…
Я: Яковлев, Якуб, Яременко…

Родственные проекты:
ХРОНОС
ФОРУМ
ИЗМЫ
ДО 1917 ГОДА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПОНЯТИЯ И КАТЕГОРИИ
Реклама:

М.В.
Ломоносов

Древняя российская история

Часть II.

От начала княжения Рурикова до кончины Ярослава
Первого

Глава 5. О КНЯЖЕНИИ СВЯТОСЛАВОВЕ


Ольга
, видя
довольные опыты способности своего сына
ко владению Российским государством,
склонилась желанием к покою, в котором
пребывая, рассмотрела разность нравов
между идолопоклонниками и христианами,
которых уже было в Киеве немало после
крещения россиян во время несчастливого
Оскольдова и Дирова похода к Царю-граду.
Итак, поручив великое княжение
Святославу, единственно обратила мысли к
христианскому закону, в котором больше
человечества и просвещения усмотрела,
нежели в варварском прежнем невежестве.
Сим подвигнута, достигает Константинова
града,* открывает свое желание царю и
патриарху и святым крещением
сочетавается Христовой Церкви,
преименовавшись Еленою.

Маловероятное обстоятельство при
крещении сея государыни повествует
Нестор, то есть о пленении любовию
греческого царя к Ольге, и что он
перехищрен ею был приятием от купели,
дабы после не мог требовать как
восприемник с нею супружества. Ежели сие
было подлинно, то много верить мы должны:
первое, что
Ольга
,
после сочетания с
Игорем

прожив пятьдесят два года, могла еще
прельстить царя красотою; второе, что
царь греческий и его бояре такие невежды
и толь недогадливы и, словом, простаки
были больше, нежели древляне, затем что о
ближнем кумовстве, супружеству
препятствующем, не могли вспомнить.
Обстоятельства по возвращении Ольгине в
Киев, Нестором показанные и другими
писателями яснее изображенные,** о том
рассуждать принуждают, что то учинено
было Ольге в насмешку. Ибо царь греческий
от просвещенной крещением и в Киев
возвратившейся Ольги посольством
требовал обещанных даров: воску, бельих
мехов, рабов и войска за его дары в
благодарность. Ольга ответствовала, что
царь ее обидел, коварствовав ея старости.
За дарами бы пришел сам и постоял бы у ней
в реке Почайной, как она стояла у него в
купели. С таким ответом послы тщетно
возвратились.

Святослав, не внимая закону, в едино
военное дело всем желанием вникнул.
Однако не запрещал своим подданным
креститься; крещеных держал в презрении и
посмеянии. Матери своей не отнял власти,
проезжая российские пределы, особливо ж
Псковскую область, ея родину, обращать
народ в закон христианский, ставить
кресты и молитвенные домы. Совокупление
храбрых воинов и сильных полков почитал
самым лучшим своим веселием. Перелетал
неприятельские земли наподобие орла и
ударял на них леопардовым стремлением. Ни
многие обозы с запасами или с орудиями, к
приуготовлению пищи нужными, ни шатры, ни
постели к упокоению тягостию не
препятствовали быстрым походам.
Изрезанное тонко всякого рода мясо и на
углях испеченное довольно было к его
насыщению. Вместо постели из-под седла
войлок, седло вместо подушки, епанча за
шатер служила, в чем все воинство
подражало своему государю.

Первые после древлянских были походы
его на Оку, Волгу и Вятку.* Многие платили
из них дань козарам, турецкого поколения
народу; оных учинил своими данниками. И
чтобы утвердить свое завоевание, на самих
козар подвигся.** Главное селение их было
в Херсоне, что ныне Крым зовется, однако и
к полунощи далече простирались по
широким полям до предел российских. Каган,
князь их, встретясь с великою силою,
вступил в сражение против Святослава. Но
принужден по многом кровопролитии
уступать ему победу; взят город Белая
Вежа; плененные козаре и с ними
побежденные ясы и косоги приведены в Киев
пленными.

Между тем греческий царь Никифор Фока
царствования своего в четвертое лето
увещевал Петра, болгарского государя,
письмами, чтобы не допустил турков через
Дунай переправиться и опустошать
римского владения пределы. Для
небрежения сих увещаний и отказов с
разными отговорками посылает к
Святославу царь патрикия своего Калокира,
обещанием даров и услуг возбуждая на
болгар. Россияне по мирному с ними
договору вошли со Святославом в Болгарию,
городы и крепости сравнили с землею. По
Нестерову свидетельству, пришли тогда
осьмдесят городов под российскую руку.
Переяславец нарек Святослав себе
столицею в земли Болгарской, с греков
брал дань по прежним договорам.

В отсутствие великого князя Святослава
на Дунае пришли на Россию печенеги.* Ольга
затворилась в Киеве со внучаты своими
Ярополком, Ольгом и Владимиром. Сии ради
малолетства, она для старости не могли
стать против тяжкой силы печенежской с
малым числом людей, оставленных от
Святослава. Во время таковой тесной осады
Киева невозможно было иметь сообщения с
собравшимися людьми для освобождения
города и в ладьях на другой стороне
Днепра стоящими. Голод и жажда принуждала
жителей к сдаче; для того сыскали некоего
молодого человека, который взялся дать
весть через реку о настоящей крайней
нужде в городе. Держа в руке узду, побежал
по печенежскому стану и спрашивал их
языком о своей лошади. Таким образом
достиг Днепра и, скинув платье, за реку
поплыл. Стреляли по нем печенеги, но без
успеху; весть своим подал, что буде заутра
не учинят в судах на неприятеля нападения,
город сдастся; мать и дети великого князя
в гнусный полон отведены будут. Тогда
Притич воевода побуждал собравшихся в
судах россиян, представляя в городе
бедственную нужду, необходимый гнев
Святославов и казнь за оплошность и
боязливость. Велел всеми ладьями
приступить к киевскому берегу, чтобы хотя
избавить из рук печенежских Ольгу со
внуками, увезши на другую сторону. При
наступлении дня затрубили на ладьях.
россияне и дерзостно устремились к
приступу; люди в городе подняли крик
великий. В ужас пришли печенеги,
представляя себе пришествие самого
великого князя. Отступают от города в
разные стороны; и Ольге со младыми
князьми свободный проход к ладьям
отворился. Видя сие, князь печенежский
спросил о шуме и, услышав ответ от Притича,
что он военачальник передового войска
Святославля, который со всею военною
силою за ним в близости следует, пришед в
страх, печенег заключил мир с Притичем,
дав ему в знак коня, саблю и стрелы, а от
него взаимно принял латы, щит и саблю. И
так совершенным отступлением
печенежским Киев избавился от тесного
облежания.

Вскоре отправлены послы к Святославу,
которые, достигши на Дунай, бывшее
бедство ему возвестили, сказав: „Чужой ты
земли, государь, ищешь, свою пренебрегая.
Мать и дети твои много страха и нужды
претерпели и едва в злодейские руки не
впали печенегам. Буде не ускоришь
приходом в Киев, то, конечно, новым
нападением неприятели кровь твою похитят.
Сжалься над отчиною своею, над
престарелою матерью и над детьми
малолетными”. Побужден чрез сие,
Святослав без укоснения на конях со
многим войском направил путь свой к Киеву,
где с жалостию и радостию целовал мать и
детей своих и печенегов отогнал в
отдаленные места от киевских пределов.

Потом, устроив все мирно и положив город
в безопасности, говорил с материю о своих
намерениях и притом объявил ей и боярам:
„В Киеве жизнь мне не нравна; затем пойду
на Дунай в Переяславец, где средина моего
владения и всякое изобилие ко мне
собирается: из Греции серебро, золото и
паволоки, вино и овощи различные; из
Богемии и Венгрии серебро и кони; из
России мягкая рухлядь, воск, меды и люди”.
Ольга, проливая слезы, представляла: „Что
оставляешь нас, любезный мой сын, сирых?
Чужих земель желаешь, а свою кому
поручаешь? Дети твои малолетны, я дряхлой
старости достигла и, конечно, к смерти
изнемогаю. При конце моея жизни вспомни
прежнее к тебе матернее прошение, веруй
со мною единому Богу Вседержителю. Он
подаст тебе к земному небесное царство.
Но ты сего учения ненавидишь и на гнев
преклоняешься. Итак, единого прошу,
пребудь здесь краткое время, до скончания
моего течения. Погреби тело мое по
христианскому закону, не сыпь высокой
надо мной могилы и не совершай тризны по
обычаю неверных”. По сем завещании в
третий день преселилась блаженная Ольга
к вечному покою. Святослав, исполнив ея
повеление, с плачем проводил святое тело
ко гробу. Внуки, бояре и весь народ
жалостным воплем отдали последнее
целование великой героине, премудрой
правительнице и истинной богоугоднице,
жившей в супружестве сорок два года,
после Игоря до крещения десять, в
христианстве пятнадцать, всего близ лет
осьмидесяти. Оставшие христиане неутешно
рыдали, лишась себе прибежища.

Перед вторым походом храброго
Святослава на Дунай присланные от
великого Новагорода нарочные били челом,
соединив прошение с республичною
грубостию, чтобы великий князь посадил,
кого изволит, на

княжение новгородское;* буде ж никто из
детей Святославлих не пойдет, то сами .найдут
себе иного князя. Святослав сказав: „Выбирайте;
лишь бы кто к вам пошел, зная ваше
упорство”. Ярополк и Ольг тотчас
отказались. Новгородцы по совету
Добрынину стали просить Владимира. На что
Святослав охотно склонился и молвил: „Будьте
вы его”. Владимир рожден был от Ольгиной
ключницы, именем Малуши, дочери некоего
Малка, родом любчанина, сестры Добрыниной.
С сим своим дядею в великий Новгород
отпущен на княжение. Старшему сыну
Ярополку поручил Святослав вместо себя
Киев, среднему Ольгу Древлянскую землю;
сам предприял поход на Дунай к
Переяславцу с великим воинством. **

Перед тем Иоанн Цимисхий, коварно царя
Никифора Фоку по наущению жены его убив,
воцарился.*** Болгаре в Переяславце от
Святослава затворились; вышли потом
против россиян на вылазку и начали их
осиловать. Отступающих своих, разъезжая
по полкам, князь укреплял к бою, дабы
лучше все головою пали, нежели бегством
затмили прежнюю свою храбрость. К вечеру
одержана над болгарами победа; два сына
Петровы, болгарского государя, Борис и
Роман в полон взяты. По сем россияне, по
желанию своего князя, для великой
удобности мест владение я пребывание
свое на Дунае утвердить в намерении
положили. Сие их предприятие основалось
еще больше Калокиром, который обещал, что
ежели его россияне возведут на престол
Греческого царства, то союз с ними
поставит, уступит вечно Болгарию и
обещанную им дань умножит. Сим россияне
обнадеждены, Болгарию причли в свое
владение и послов Цимисховых без успеху о
мире отпустили, ибо Святослав велел
послам сказать, чтобы греки платили дань
по-прежнему: за неисполнение, как болгары,
постраждут. Греки, притворясь быть к тому
готовыми, спросили, много ли у Святослава
войска, дабы по числу их дань расположили.
Вопрос их коварно простирался для
изведывания числа войск российских (сие
повествуя, Нестор „льстивы, — говорит, —
греки и до сего дня”). Святослав, имея
только десять тысяч, сказал грекам число
сугубое для устрашения и для получения
большей дани.

Цимисхий собрал войска до ста тысяч,
привел восточные полки к западу, и Варде
Склеру, своему шурину, поручил
военачальство. Россияне с великим князем
Святославом, услышав переезд греческого
войска, соединили подданных себе болгар и,
присовокупив в сообщество печенегов и
живших в западной Венгрии турков, в
трехстах осьмидесяти тысячах вошли во
Фракию, опустошая все грабежом и пламенем,
и, ополчась станом при андрианопольских
стенах, ожидали к сражению случая. Варда
сидел в Андрианополе с двенадцатью
тысячьми греческого войска и, не дерзая
против осадивших город выйти вылазкою,
пришел у болгар в презрение, которое
причиною было их нерадения: ибо стали
беспорядочно стоять в станах, не
прилежать о караулах и, сверх того, по
ночам роскошничать, препровождая оные в
веселии и в пьянстве. Варда выслал малое
число людей на болгар выманить к бою. И
как бегущих греков беспорядочно гнали,
Вардиным войском, со сторон из засады
вышедшим, разбиты и отогнаны, в коем числе
воспоследовало и печенегов немалое
падение. Прочее войско, из россов
состоящее, продолжало бой с греками до
ночи. На кровопролитном сем сражении
многий ущерб почувствовали обе стороны, и
хотя греков только, по свидетельству
Кедрина, мало легло на поле, однако все
были ранены.

Потом царь Иоанн Цимисхий, во второе
лето своего царства предпринимая поход
на Святослава, старался присовокупить к
пешему войску флот на Дунае, к чему новые
суда построить и старые велел исправить.
Способствовало к тому весеннее время.
Приближающемуся к Редесту, двое россиян
пришли навстречу под видом
посланннчества, а делом для осмотру
греческого войска. Нарочно показанному
себе по царскому повелению греческому
войску в украшенном строю дивились.
Отпущены с тем, чтобы князю своему о
исправности противных полков возвестили.
Вслед оных с пятью тысячьми пехоты и с
четырьмя конницы спешно перешел гору Гем,
к российским полкам внезапно приблизился
перед столичный болгарский город
Переяславец. Калокир, начинатель сея
войны, сидевший тогда в городе, услышав
звук труб от греческого войска и
присутствие самого Цимисхия, ужаснулся и
немедля тайно из города ушел в стан
российский, где известие, от него
полученное, произвело в войске робость.
Святослав, сильным увещанием ободрив
унылых, поставил свой строй при
Переяславце против греческого стана.
Вскоре греки нападение учинили.
Сразились обои войска жестоко. Сидевшие
россияне из города выпали своим полком в
помочь, от чего для тесноты
замешательство учинилось и ущерб
Святославлим силам. Свигелл, первый его
военачальник и в Переяславце
градодержатель, отвращая опасность от
города, ворота запер и, огородись жердьми,
и копьями, отбил стрелами и камнями от
стены греков. Наступившая ночь приступ к
городу и бой пресекла. На другой день
воевода греческий Василий с прочим
царевым войском приспел при восхождении
солнца, царя обрадовав и ободрив всех
греков, которые соединенным стремлением
к городу приступили. По жестокой и
упрямой обороне россияне принуждены были
оставить стены во власть неприятелям и
оградою царского дому защищаться. Греки,
не возмогши взять силою, огонь вместо
оружия употребили, истребили россиян из
города. Многие сгорели; иные в полон взяты;
некоторое число спасшись печальную весть
принесли Святославу. И так Переяславец
взят, обновлен и во имя Цимисхиево
Иоаннополем проименован.

Святослав хотя весьма уроном
возмутился, однако мужественным видом и
словом ободрял свое войско дерзостно
итти против греков. Триста человек
подозрительных болгаров предал смерти и
двенадцать миль перед Доростелем
ополчился, ожидая Цимисхиева прихода. При
схождении на сражение обоих войск
государи ободряли своих солдат, и по
трубному голосу снялись равным
дерзновением. Двенадцать раз греки в
бегство обращались. Однако ж Цимисхий
своим присутствием под царскими
знаменами открытно наступал на россиян,
поощряя коня и копье свое в них бросая. И
таким образом принудил Святослава
отступить в Доростоль, к коему приближась,
стал станом, ожидая своего флота по Дунаю
для способнейшего приступа к городу.
Между тем Святослав военнопленных болгар
велел держать связанных, числом около
двадцати тысяч, опасаясь от них
возмущения, и таким образом приготовился
выдержать осаду.

По приезде судов Цимисхий зачал
добывать город. Тогда в кровопролитных
вылазках и сражениях Святослав потерял
храброго военачальника и ближнего своего
боярина Свигелла;. однако город кругом
укрепил рвом глубоким и положил твердо
стоять против греческих приступов.
Великая нужда, от долговременного
греческого облежания в съестных припасах
происшедшая, заставила россиян
употреблять тайные поиски в свою пользу.

В темную и дождливую ночь две тысячи
человек сели в мелкие суда и по Дунаю
поехали искать себе припасов. для
пропитания войска. Собрав довольное
множество всякого хлеба и возвращаясь к
Доростолю, приметили на берегу много
обозных людей греческих, которые для
поения лошадей, для собрания дров и сена
по берегу рассеяны, ходили безопасно.
Внезапным нападением великое поражение и
ущерб Цимисхию причинив, в Доростоль с
довольною добычею возвратились. Осмь
недель претерпевая россияне осаду,
особливый вред от стенобитной махины,
поставленной полководцем Куркуем,
чувствовали в городе. Для того высланные
от Святослава избранные воины, чтоб
пагубное сие истребить орудие, Куркуя
убили, невзирая на его храбрость. Из
россиян мужественный военачальник Икмор,
не родом, но удальством достигший своего
чина, вторый по Свигелле, живота лишился
от меча Анемала, стипатора царского.
После оной кровопролитной вылазки
находили греки между российскими трупами
убиенных женщин, которые в мужеском
одеянии мужскою храбростию сражались с
неприятелем, доказывая истинное
сродничество с древними амазонками.

В таковых утеснениях многие советовали
бегство предприять восвояси, иные — мир
греками поставить. Святославу одно
бесчестно, другое бесприбыльно, обое
опасно казалось. Для того, еще хотя
отведать своего счастия и тем показать
постоянство российской храбрости,
говорил к своим: „Деваться нам больше
некуда: своя земля далече; неверные
печенеги живут на дороге; союзники,
опасаясь по соседству греков, помощи нам
не пришлют. Станем храбро и не посрамим
своего отечества, не дадим себя в
презрение трепещущим от нас народам. И
если счастие мужеству нашему будет
противно, положим свои головы: мертвые не
стыдятся. Первый сам перед вами на
сражение выйду. Когда голова моя ляжет, вы
как хотите о себе промышляйте”. Все
единогласно воскликнули: „Где твоя,
государь, тут и наши головы будут”.71

Уже с восхождением зари город
отворяется; выходят с отменной бодростию
и скоростию за благонадежным своим
предводителем и государем полки
российские без остатку полыми везде к
неприятелю воротами, которые по
Святославлю повелению за ними затворены
для пресечения всея надежды на бегство.
Почувствовали греки свое изнеможение и
россиянам уступают поле. Великий зной и
тягость их оружия и чрезвычайное россиян
дерзновение отнимает неприятелям силу и
надежду. Цимисхий, на место сражения
прискакав, ободряет своих к бою;
изнемогших и с побоища уклоняющихся
повелевает укреплять вином и водою. И
хотя полки греческие присутствием
царским и утолением жажды большее
показали сопротивление, однако от города
отступили на пространное поле. Кедрин
пишет, что греки сим отступом нарочно
хотели выманить россиян на пространство,
чтобы их окружить своею силою, однако от
того вымысла не имели успеха. Цимисхий,
видя своих падение, послал в буйности ко
Святославу вызывать его с собою на
поединок с советом, что лучше умереть
одному за отечество, нежели толикому
народа множеству. Святослав ответствовал:
„Много есть разных путев к смерти, из
коих царь греческий может себе любой
выбрать, буде ему жизнь наскучила. А что
мне полезно, то сам лучше знаю, нежели мой
неприятель”. Между тем на кровопролитном
сражении Анема Храбрый, надеясь убиением
российского князя вскоре одержать
совершенную победу, устремился на своем
коне прямо против Святослава и ударил его
по голове саблею, но он неврежден под
своим шлемом остался; Анема убит по
крепкой обороне. На сем сражении по
Кедринову свидетельству греки, по
Нестерову — россияне верх одержали.
Вероятнее всего, что победа в сомнении
осталась.

Между тем Святослав, рассудив малое
число своего войска и во всем недостаток,
к миру преклонился. Итак, вечный союз
утвердив с греками, в Россию путь
предприемлет.* Военачальникам объявляет,
что ежели греки отрекутся платить дань,
которую, как Нестор пишет, давать
обещались, бесчисленное собрав войско,
паки на Дунай и к Царю-граду для взыскания
оныя пойдет. Цимисхий, возвратясь в
Царьград, плененного болгарского царя
Бориса с триумфом вводит и при
всенародном множестве снимает с него
венец и прочие царского достоинства
признаки для уничтожения Болгарского
царства.

В приближении к Днепру Свенельд
советовал Святославу итти к Киеву на
конях, представляя опасность водяного
ходу и что в порогах стояли печенеги.
Непринятию доброго совета последовала
погибель, ибо переяславцы с Дуная подали
весть печенегам, что Святослав идет из
Греции малолюден, везет с собою великое
множество плененного богатства.

Обрадованные тем печенеги пороги
заступили и, Святославу пресекши путь,
отвсюду россиян окружили. Принуждены
будучи зимовать в Белобережии и
претерпевать великий недостаток в
съестных припасах, ужасный голод
принудил тогда покупать лошадиную голову
по полугривне.

В начале весны в походе к Киеву порогами
напал на россиян Куря, князь печенежский,
нечаянным набегом, где Святослав имения и
живота лишился. Череп головы его, золотом
оправленный, служил вместо чаши
печенегам при пирных веселиях с
надписанием: „Кто чужого ищет, свое
потеряет”. С малыми остатками Свенельд
достиг в Киев к Ярополку.

Беспрестанными войнами славное и
беспокойное владение великого князя
Святослава
Игоревича
продолжалось лет двадцать
осьмь; всего жил около пятидесяти трех
лет.

Примечания:

* 955 год

** Сборный Временник.71

* 964 год

** 965 год

* 968 год

* 970 год

** 971 год

*** Кедрин, стран. 415.72 Зонар, кн.17, гл. 2, 3 и
4.73

* 971 год

Вернуться к оглавлению

М.В. Ломоносов. Полное Собрание Сочинений, т.6, Издательство Академии
Наук СССР, Москва, Ленинград, 1952


 

 

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА

Редактор Вячеслав
Румянцев
При цитировании всегда ставьте ссылку

Святослав на пути в Царьград отлит Штанге по модели Евгения Александровича Лансере (1848-1886),

Предыдущий лот

Все лоты

Следующий лот

Лот удален с сайта, за дополнительной информацией обращайтесь в службу поддержки клиентов

Лот 57 *

Бронзовая фигура: Святослав на пути в Царьград

отлита Штанге по модели Евгений Александрович Лансере (1848-1886), 9 лет0003

Продажа в России

27 ноября 2013 г. ,

14:00 по Гринвичу

Лондон, Нью-Бонд-стрит

Бронзовая фигура: Святослав на пути в Царьград

отлита Штанге по модели Евгения Александровича Лансере (1848-1886),
на прямоугольной натуралистической подставке, отлита в образе князя Святослава на коне, жестикулирующего его меч, чтобы сплотить свои войска, конь, напряженный и обдуваемый ветром, начертанный кириллицей «ОТЛ». Н. ШТАНГЕ», далее вписано в «Е. ЛАНСРЕ», перед подставой с табличкой на русском языке «Лучше мы падем в бою, чем посрамим земли русские/ Святослав, по дороге в Царьград»
бронза
длина: 52 1/2 см (20 дюймов).

Сноски

  • ПРОИСХОЖДЕНИЕ
    Приобретен коллекционером из Нью-Йорка, начало 20-го века
    Отсюда по происхождению

    ЛИТЕРАТУРА Лансер, Нива , 1886 г., нет. 16, с. 418
    Шапошникова Л.П., Скульптура XVIII-начало XX века , Л., 1988, с. 94, вып. 660-662
    И. М. Шмидт, Русская скульптура второй половины XIX-начала XX века , Москва, 1989, с. 49, 52-53
    Государственная Третьяковская галерея, каталог собрания: Скульптура XVII-XIX веков , Москва, 2000, с. 58, 192-193
    Н.Р. Левинсон и Л.Н. Гончарова, Русская художественная бронза , Москва, 2001, с. 113, 189, № 53
    Г.В. Сабббери, Евгений Александрович Лансере , 1848-1886, Лозанна, 2006, стр. 82-83, 165-166

Контакты

    ×

    Впервые на Bonhams онлайн?

    Регистрация

    Войти

    Адрес электронной почты

    Забыли адрес электронной почты?

    Пароль

    Забыли свой пароль?

    Я прочитал, понял и согласен с политикой конфиденциальности Bonhams и условиями использования веб-сайта.

    Закрыть
    Войти

    Виды деятельности

    Условия продажи
    Вид

    Перейти к русской живописи и произведениям искусства
    Идти

    Информация об аукционе

    Этот аукцион завершен. Если вы заинтересованы в отправке на будущие аукционы, пожалуйста, свяжитесь со специализированным отделом. Если у вас есть вопросы по лотам, купленным на этом аукционе, обращайтесь в службу поддержки клиентов.

    Обязательства покупателей

    ВСЕ УЧАСТНИКИ ЗАЯВОК ДОЛЖНЫ СОГЛАСИТЬСЯ С ТЕМ, ЧТО ОНИ ПРОЧИТАЛИ И ПОНЯЛИ BONHAMS’ УСЛОВИЯ ПРОДАЖИ И СОГЛАСНЫ СОБЛЮДАТЬ ИХ И СОГЛАСНЫ ПЛАТИТЬ ПРЕМИИ ПОКУПАТЕЛЯ И ЛЮБЫЕ ДРУГИЕ РАСХОДЫ, УКАЗАННЫЕ В УВЕДОМЛЕНИИ ДЛЯ УЧАСТНИКОВ . ЭТО ВЛИЯЕТ НА ЮРИДИЧЕСКИЕ ПРАВА УЧАСТНИКОВ УЧАСТНИКОВ.

    Если у вас есть какие-либо жалобы или вопросы об условиях продажи , обратитесь в ближайший отдел обслуживания клиентов.

    Премия покупателя и сборы

    Для всех категорий продаж премия покупателя, за исключением продаж автомобилей, мотоциклов, вина, виски и монет и медалей, будет следующей:

    Премиальные ставки покупателя
    27,5% от первых 20 000 фунтов стерлингов цены с молотка;
    26% от цены молотка на сумму свыше 20 000 фунтов стерлингов до 700 000 фунтов стерлингов включительно;
    20% от цены молотка сумм свыше 700 000 фунтов стерлингов до 4 500 000 фунтов стерлингов включительно;
    и 14,5% от цены молотка любой суммы, превышающей 4 500 000 фунтов стерлингов.

    НДС по действующей ставке 20% будет добавлен к Премии покупателя и сборам без права перепродажи исполнителей.

    Уведомления об оплате

    Информацию об оплате см. в каталоге продаж.

    Уведомления о доставке

    Для получения информации и оценки внутренних и международных перевозок, а также экспортных лицензий, пожалуйста, обращайтесь в отдел доставки Bonhams.

    Символы лота

    * Низкая ставка импорта

    НДС на импортные товары по льготной ставке 5% от цены Hammer и действующей ставки над премией покупателя.

    Новости

    Загрузка…

    Дата закрытия: [[ headline.expiry_date ]]

    ;

    Посмотреть все новости

    Видео

    Загрузка…

    Дата закрытия: [[ headline.expiry_date ]]

    ;

    Посмотреть все видео

    Похожие товары

    Федор Солнцев — 37 образцов искусства

    • Человек в доспехах царя Алексея, ?
    • Святой Георгий, ?
    • Дворец развлечений, ?
    • Черниговская область от хутора Калятинский, ?
    • От Нередицкой церкви, ?
    • Из снорника Святослава, ?
    • Из снорника Святослава, ?
    • Со свадьбы царя Михаила Федоровича, ?
    • Образы ВК. Василий Дмитриевич и ВК. Софья Витовтовна, ?
    • Киевская Мещанин, ?
    • Киевская губерния от села Куреневка, ?
    • Киевская губерния, ?
    • Маленькая русская невеста, ?
    • Платье киевлянки, ?
    • Платье киевлянки, ?
    • Народная одежда Киевской губернии, ?
    • Народная одежда Киевской губернии, ?
    • Народная одежда Киевской губернии, ?
    • Народная одежда Киевской губернии, ?
    • Моблеман Одежда XVII века. Утренний шелковый кафтан, ?
    • Одежда королев. С портретами цариц Евдокии Лукьяновны и Натальи Кириловны, ?
    • Царская одежда XVII века.