Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 2

Notice: Use of undefined constant DOCUMENT_ROOT - assumed 'DOCUMENT_ROOT' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 5

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 5

Notice: Use of undefined constant DOCUMENT_ROOT - assumed 'DOCUMENT_ROOT' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 11

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 11

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Undefined variable: flag in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Undefined variable: adsense7 in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 39

Notice: Undefined variable: adsense6 in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 40
Денис давыдов поэт. Денис Давыдов: биография, стихи и фото

Денис Давыдов – поэт и диверсант. Денис давыдов поэт


Все стихи Дениса Давыдова

1811-го году

Толстой молчит! — неужто пьян? Неужто вновь закуролесил? Нет, мой любезный грубиян Туза бы Дризену отвесил. Давно б о Дризене читал: И битый исключен из списков — Так видно, он не получал Толстого ловких зубочистков. Так видно, мой Толстой не пьян . . . . . . . . . . . . . . . .

Денис Давыдов. Стихи и проза. Москва, "Детская литература", 1977.

25 октября

Я не ропщу. Я вознесен судьбою Превыше всех!- Я счастлив! Я любим! Приветливость даруется тобою Соперникам моим... Но теплота души, но все, что так люблю я С тобой наедине... Но девственность живого поцелуя... Не им, а мне!

Чудное Мгновенье. Любовная лирика русских поэтов. Москва: Художественная литература, 1988.

Bout-rime

В любезности его неодолимый — груз, В нем не господствуют ни соль, ни — перец, Я верю: может быть, для немок он — француз, Но для француженок он — немец.

Notes: Bout-rime — Буриме (франц.). — Ред.

Денис Давыдов. Стихи и проза. Москва, "Детская литература", 1977.

NN

Вошла - как Психея, томна и стыдлива, Как юная пери, стройна и красива... И шепот восторга бежит по устам, И крестятся ведьмы, и тошно чертям!

Денис Давыдов. Стихи и проза. Москва, "Детская литература", 1977.

* * *

А кто он?— Француз, германец, Франт, философ, скряга, мот, То шаллив, как ярый кот, То труслив, как робкий заяц; То является томим Чувством горестно-унылым — То бароном легкокрылым, То маркизом пудовым.

Денис Давыдов. Стихи и проза. Москва, "Детская литература", 1977.

* * *

Ахтырские гусары, О, храбрые друзья! Простите!- на удары И бранные пожары Ходить не буду я! Довольно пламень ярый . . . . . . . . . . . Вот кивер мой Примите от меня . . . . . . . . . . .

Notes: Обращено к гусарам Ахтырского полка, в который Давыдов вступил подполковником в 1812 году.

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Богомолка

Кто знает нашу богомолку, Тот с ней узнал наедине, Что взор плутовки втихомолку Поет акафист сатане. Как сладко с ней играть глазами, Ниц падая перед крестом, И окаянными словами Перерывать ее псалом! О, как люблю ее ворчанье; На языке ее всегда Отказ идет как обещанье: Нет на словах - на деле да. И - грешница - всегда сначала Она завопит горячо: "О, варвар! изверг! я пропала!" А после: "Милый друг, еще..."

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Бородинское поле

Элегия Умолкшие холмы, дол некогда кровавый! Отдайте мне ваш день, день вековечной славы, И шум оружия, и сечи, и борьбу! Мой меч из рук моих упал. Мою судьбу Попрали сильные. Счастливцы горделивы Невольным пахарем влекут меня на нивы... О, ринь меня на бой, ты, опытный в боях, Ты, голосом своим рождающий в полках Погибели врагов предчувственные клики, Вождь гомерический1, Багратион великий? Простри мне длань свою, Раевский, мой герой! Ермолов! я лечу - веди меня, я твой: О, обреченный быть побед любимым сыном, Покрой меня, покрой твоих перунов дымом! Но где вы?.. Слушаю... Нет отзыва! С полей Умчался брани дым, не слышен стук мечей, И я, питомец ваш, склонясь главой у плуга, Завидую костям соратника иль друга. Notes: 1. Вождь гомерический — подобный героям «Илиады» Гомера (Ахиллу, Гектору). Обратно

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Бурцову (В дымном поле, на биваке...)

В дымном поле, на биваке У пылающих огней, В благодетельном араке Зрю спасителя людей. Собирайся вкруговую, Православный весь причет! Подавай лохань златую, Где веселие живет! Наливай обширны чаши В шуме радостных речей, Как пивали предки наши Среди копий и мечей. Бурцов, ты - гусар гусаров! Ты на ухарском коне Жесточайший из угаров И наездник на войне! Стукнем чашу с чашей дружно! Нынче пить еще досужно; Завтра трубы затрубят, Завтра громы загремят. Выпьем же и поклянемся, Что проклятью предаемся, Если мы когда-нибудь Шаг уступим, побледнеем, Пожалеем нашу грудь И в несчастьи оробеем; Если мы когда дадим Левый бок на фланкировке, Или лошадь осадим, Или миленькой плутовке Даром сердце подарим! Пусть не сабельным ударом Пресечется жизнь моя! Пусть я буду генералом, Каких много видел я! Пусть среди кровавых боев Буду бледен, боязлив, А в собрании героев Остр, отважен, говорлив! Пусть мой ус, краса природы, Черно-бурый, в завитках, Иссечется в юны годы И исчезнет, яко прах! Пусть фортуна для досады, К умножению всех бед, Даст мне чин за вахтпарады И георгья за совет1! Пусть... Но чу! гулять не время! К коням, брат, и ногу в стремя, Саблю вон - и в сечу! Вот Пир иной нам бог дает, Пир задорней, удалее, И шумней, и веселее... Ну-тка, кивер набекрень, И - ура! Счастливый день! Notes: При первой публикации было отчасти искажено цензурой. 1. Георгья за совет — награда за участие в военном совете (в то время как статус ордена святого Георгия допускал награждение им только за храбрость в бою). Обратно

Денис Давыдов. Стихи и проза. Москва, "Детская литература", 1977.

Бурцову: призывание на пунш

Бурцов, ёра, забияка, Собутыльник дорогой! Ради бога и... арака Посети домишко мой! В нем нет нищих у порогу, В нем нет зеркал, ваз, картин, И хозяин, слава богу, Не великий господин. Он - гусар, и не пускает Мишурою пыль в глаза; У него, брат, заменяет Все диваны куль овса. Нет курильниц, может статься, Зато трубка с табаком; Нет картин, да заменятся Ташкой с царским вензелем! Вместо зеркала сияет Ясной сабли полоса: Он по ней лишь поправляет Два любезные уса. А на место ваз прекрасных, Беломраморных, больших На столе стоят ужасных Пять стаканов пуншевых! Они полны, уверяю, В них сокрыт небесный жар. Приезжай - я ожидаю,- Докажи, что ты гусар.

Notes: Первое из «гусарских» стихотворений Давыдова, сразу получившее широкую известность.

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

В альбом (На вьюке, в тороках...)

На вьюке, в тороках, цевницу я таскаю; Она и под локтем, она под головой; Меж конских ног позабываю, В пыли, на влаге дождевой... Так мне ли ударять в разлаженные струны И петь любовь, луну, кусты душистых роз? Пусть загремят войны перуны, Я в этой песне виртуоз!

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

* * *

В былые времена она меня любила И тайно обо мне подругам говорила, Смущенная и очи спустя, Как перед матерью виновное дитя. Ей нравился мой стих, порывистый, несвязный, Стих безыскусственный, но жгучий и живой, И чувств расстроенных язык разнообразный, И упоенный взгляд любовью и тоской. Она внимала мне, она ко мне ласкалась, Унылая и думою полна, Иль, ободренная, как ангел улыбалась Надеждам и мечтам обманчивого сна... И долгий взор ее из-под ресниц стыдливых Бежал струей любви и мягко упадал Мне на душу - и на устах пылал Готовый поцелуй для уст нетерпеливых... . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

В.А.Жуковскому (Жуковский, милый друг!..)

Жуковский, милый друг! Долг красен платежом: Я прочитал стихи, тобой мне посвященны; Теперь прочти мои, биваком окуренны И спрысканны вином! Давно я не болтал ни с музой, ни с тобою, До стоп ли было мне?.. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Но и в грозах войны, еще на поле бранном, Когда погас российский стан, Тебя приветствовал с огромнейшим стаканом Кочующий в степях нахальный партизан!

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Вальс

Ев. Д. З...ой Кипит поток в дубраве шумной И мчится скачущей волной, И катит в ярости безумной Песок и камень вековой. Но, покорен красой невольно, Колышет ласково поток Слетевший с берега на волны Весенний, розовый листок. Так бурей вальса не сокрыта, Так от толпы отличена, Летит воздушна и стройна Моя любовь, моя харита, Виновница тоски моей, Моих мечтаний, вдохновений, И поэтических волнений, И поэтических страстей!

Notes: Посвящено Евгении Дмитриевне Золотаревой.

Поэты Пушкинской поры. Избранные стихотворения. Составитель Вл.Орлов. Ленинград, Государственное Изд-во Детской Литературы Министерства Просвещения РСФСР, 1954.

Вечер в июне

Томительный, палящий день Сгорел; полупрозрачна тень Немого сумрака приосеняла дали. Зарницы бегали за синею горой И, окропленные росой, Луга и лес благоухали. Луна во всей красе плыла на высоту, Таинственным лучом мечтания питая, И, преклонясь к лавровому кусту, Дышала роза молодая.

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Вечерний звон

Вечерний звон, вечерний звон,- Как много дум наводит он! Не тот, что на закате дня Гудит в стенах монастыря, Но тот, что пасмурной порой Поется девой молодой... Вечерний звон, вечерний звон,- Как много дум наводит он! Как он мучителен и мил! Как он мне чувства возмутил, Когда впервые звук его Коснулся слуха моего!.. То был не звук, но глас страстей, То говор был с душой моей! Вечерний звон, вечерний звон,- Как много дум наводит он! Все вторило в природе ей: Луна средь облачных зыбей, Пустыня в сумрачной тиши И ропот девственной души, Терзаемой любви тоской, И очи, полные слезой!.. Вечерний звон, вечерний звон,- Как много дум наводит он!

Notes: Вариация на тему стихотворения И. Козлова (1779—1840) «Вечерний звон» (1827). Повторяющийся у Давыдова рефрен, выделенный курсивом,— строки из стихотворения Козлова.

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Вольный перевод из Парни

Сижу на берегу потока, Бор дремлет в сумраке; все спит вокруг, а я Сижу на берегу - и мыслию далёко, Там, там... где жизнь моя!.. И меч в руке моей мутит струи потока. Сижу на берегу потока, Снедаем ревностью, задумчив, молчалив... Не торжествуй еще, о ты, любимец рока! Ты счастлив - но я жив... И меч в руке моей мутит струи потока. Сижу на берегу потока... Вздохнешь ли ты о нем, о друг, неверный друг... И точно ль он любим?- ах, эта мысль жестока!.. Кипит отмщеньем дух, И меч в руке моей мутит струи потока.

Notes: Обращено к Елизавете Антоновне Злотницкой (1800—1864), на которой поэт собирался жениться. Перевод отрывка («Песни Эрика») из 3-й песни поэмы Парни «Иснель и Аслега», основанной на скандинавских сказаниях. В 1808—1811 годах другой отрывок из этой поэмы («Сон воинов») перевел К. Батюшков.

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

* * *

Вы хороши!- Каштановой волной Ваш локон падает на свежие ланиты; Как мил ваш взор полузакрытый, Как мил ваш стан полунагой! Не вы ль оригинал живой Очаровательной хариты, Кановы1 созданной рукой? Вы хороши!- Но мой покой Неколебим. Осанка величава, Жеманная тоска искусственной любви Не страшны мне: моя отрава - Взор вдохновительный и слово от души. Я их ищу давно, давно не обретая. Вам не сродни крылатый бог2: Жизнь ваша - стрелка часовая, Арифметический итог. Но та, которую люблю, не называя... Ах! та вся - чувство, вся - восторг, Как Пиндара3 строфа живая! Notes: Посвящено С. Кушкиной, дочери соседей Давыдова по симбирскому имению. 1. Канова — Антонио Канова (1747—1822) — великий итальянский ваятель, автор замечательной скульптурной группы «Три грации». Обратно 2. Крылатый бог — Амур. Обратно 3. Пиндар (VI—V вв. до н. э.) — греческий лирик. Обратно

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Выздоровление

Прошла борьба моих страстей, Болезнь души моей мятежной, И призрак пламенных ночей Неотразимый, неизбежный, И милые тревоги милых дней, И языка несвязный лепет, И сердца судорожный трепет, И смерть и жизнь при встрече с ней... Исчезло все!- Покой желанный У изголовия сидит... Но каплет кровь еще из раны, И грудь усталая и ноет и болит!

Notes: Посвящено Е. Д. Золотаревой.

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Генералам, танцующим на бале

Мы несем едино бремя; Только жребий наш иной: Вы оставлены на племя, Я назначен на убой.

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

* * *

Гераков! прочитал твое я сочиненье, Оно утешило мое уединенье; Я несколько часов им душу восхищал: Приятно видеть в нем, что сердцу благородно, Что пылкий дух любви к отечеству внушал,- Ты чтишь отечество и русскому то сродно: Он ею славу, честь, бессмертие достал.

Notes: Здесь Давыдов говорит о книге литератора Г. Геракова «Твердость духа русских» (1813—1814).

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Герою битв, биваков, трактиров и б.......

Люблю тебя, как сабли лоск, Когда, приосенясь фуражкой, С виноточивою баклажкой Идешь в бивачный мой киоск! Когда, летая по рядам, Горишь, как свечка, в дыме бранном; Когда в б.....е окаянном Ты лупишь сводню по щекам. Киплю, любуюсь на тебя, Глядя на прыть твою младую: Так старый хрыч, цыган Илья, Глядит на пляску удалую, Под лад плечами шевеля. О рыцарь! идол усачей! Гордись пороками своими! Чаруй с гусарами лихими И очаровывай б....й!

Notes: Строфа 3 принадлежит Пушкину (записана на обороте автографа его рукой в несколько иной редакции).

Денис Давыдов. Стихи и проза. Москва, "Детская литература", 1977.

Голова и Ноги

Уставши бегать ежедневно По грязи, по песку, по жесткой мостовой, Однажды Ноги очень гневно Разговорились с Головой: "За что мы у тебя под властию такой, Что целый век должны тебе одной повиноваться; Днем, ночью, осенью, весной, Лишь вздумалось тебе, изволь бежать, таскаться Туда, сюда, куда велишь; А к этому еще, окутавши чулками, Ботфортами и башмаками, Ты нас, как ссылочных невольников, моришь,- И, сидя наверху, лишь хлопаешь глазами, Покойно судишь обо всём, Об свете, об людях, об моде, Об тихой и дурной погоде; Частенько на наш счет себя ты веселишь Насмешкой, колкими словами,- И, словом, бедными Ногами Как шашками вертишь". "Молчите, дерзкие,- им Голова сказала,- Иль силою я вас заставлю замолчать!.. Как смеете вы бунтовать, Когда природой нам дано повелевать?" "Все это хорошо, пусть ты б повелевала, По крайней мере нас повсюду б не швыряла, А прихоти твои нельзя нам исполнять; Да между нами, ведь признаться, Коль ты имеешь право управлять, То мы имеем право спотыкаться, И можем иногда, споткнувшись,- как же быть,- Твое величество об камень расшибить". Смысл этой басни всякий знает... Но должно - тс! - молчать: дурак - кто всё болтает.

Notes: Эта басня, как и две следующие, относится к ранним «вольным» произведениям Давыдова, о которых говорили, что это — «дерзкое и ядом и злостью дышащее и сожжения достойное стихосплетение». Впервые напечатана только в 1872 году (по списку, найденному в бумагах Г. Державина).

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Голодный пес

Ох, как храбрится Немецкий фон, Как горячится Наш херр-барон. Ну, вот и драка, Вот лавров воз! Хватай, собака, Голодный пес. Кипят и рдеют На бой полки; Знамена веют, Горят штыки, И забияка Палаш вознес! Хватай, собака, Голодный пес. Адрианополь Без битв у ног, Константинополь В чаду тревог. Что ж ты, зевака, Повесил нос? Хватай, собака, Голодный пес. Лях из Варшавы Нам кажет шиш, Что ж ты, шаршавый, Под лавкой спишь? Задай, лаяка, Варшаве чес! Хватай, собака, Голодный пес. "Все это жжется... Я брать привык, Что так дается... Царьград велик. Боюсь я ляха!" А ты не бойсь! Хватай, собака, Российский пес. Так вот кресченды Звезд, лент, крестов, Две-три аренды, Пять-шесть чинов; На шнапс, гуляка, Вот денег воз! Схватил собака, Голодный пес.

Notes: Сатира на фельдмаршала Дибича-Забалканского, неудачно командовавшего русскими войсками во время подавления польского восстания 1831 года.

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Графу П.А.Строганову за чекмень

Блаженной памяти мой предок Чингисхан1, Грабитель, озорник с аршинными усами, На ухарском коне, как вихрь перед громами, В блестящем панцире влетал во вражий стан И мощно рассекал татарскою рукою Всё, что противилось могущему герою. Почтенный пращур мой, такой же грубиян, Как дедушка его, нахальный Чингисхан, В чекмене легоньком, среди мечей разящих, Ордами управлял в полях, войной гремящих. Я тем же пламенем, как Чингисхан, горю; Как пращур мой Батый, готов на бранну прю, Но мне ль, любезный граф, в французском одеянье Явиться в авангард, как франту на гулянье, Завязывать жабо, прическу поправлять И усачам себя Линдором показать! Потомка бедного ты пожалей Батыя И за чекмень прими его стихи дурные! Notes: П. А. Строганов (1774—1817)— в 1789 году был в Париже свидетелем революционных событий, вступил в якобинский клуб и даже принимал участие в уличных боях. Был отозван русским правительством в Россию. При Александре I был крупным чиновником, в 1807 году перешел в военную службу и участвовал в войнах 1807—1814 годов. 1. Блаженной памяти мой предок Чингисхан — Давыдовы считали, что их род начался от выходца из Золотой Орды. Обратно

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Гусар

Напрасно думаете вы, Чтобы гусар, питомец славы, Любил лишь только бой кровавый И был отступником любви. Амур не вечно пастушком В свирель без умолка играет: Он часто, скучив посошком, С гусарской саблею гуляет; Он часто храбрости огонь Любовным пламенем питает - И тем милей бывает он! Он часто с грозным барабаном Мешает звук любовных слов; Он так и нам под доломаном Вселяет зверство и любовь. В нас сердце не всегда желает Услышать стон, увидеть бой... Ах, часто и гусар вздыхает, И в кивере его весной Голубка гнездышко свивает...

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Гусарская исповедь

Я каюсь! я гусар давно, всегда гусар, И с проседью усов - все раб младой привычки: Люблю разгульный шум, умов, речей пожар И громогласные шампанского оттычки. От юности моей враг чопорных утех,- Мне душно на пирах без воли и распашки. Давай мне хор цыган! Давай мне спор и смех, И дым столбом от трубочной затяжки! Бегу век сборища, где жизнь в одних ногах, Где благосклонности передаются весом, Где откровенность в кандалах, Где тело и душа под прессом; Где спесь да подлости, вельможа да холоп, Где заслоняют нам вихрь танца эполеты, Где под подушками потеет столько ..., Где столько пуз затянуто в корсеты! Но не скажу, чтобы в безумный день Не погрешил и я, не посетил круг модный; Чтоб не искал присесть под благодатну тень Рассказчицы и сплетницы дородной; Чтоб схватки с остряком бонтонным убегал, Или сквозь локоны ланиты воспаленной Я б шепотом любовь не напевал Красавице, мазуркой утомленной. Но то - набег, наскок; я миг ему даю, И торжествуют вновь любимые привычки! И я спешу в мою гусарскую семью, Где хлопают еще шампанского оттычки. Долой, долой крючки, от глотки до пупа! Где трубки?.. Вейся, дым, на удалом раздолье! Роскошествуй, веселая толпа, В живом и братском своеволье!

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Гусарский пир

Ради бога, трубку дай! Ставь бутылки перед нами, Всех наездников сзывай С закрученными усами! Чтобы хором здесь гремел Эскадрон гусар летучих, Чтоб до неба возлетел Я на их руках могучих; Чтобы стены от ура И тряслись и трепетали!.. Лучше б в поле закричали... Но другие горло драли: "И до нас придет пора!" Бурцов, брат, что за раздолье! Пунш жестокий!.. Хор гремит! Бурцов! пью твое здоровье: Будь, гусар, век пьян и сыт! Понтируй, как понтируешь, Фланкируй, как фланкируешь, В мирных днях не унывай И в боях качай-валяй! Жизнь летит: не осрамися, Не проспи ее полет. Пей, люби да веселися!- Вот мой дружеский совет.

Д.Давыдов. Стихотворения. Москва, "Советская Россия", 1979.

Договоры

Довольно... я решен: люблю тебя... люблю. Давно признанию удобный миг ловлю, И с уст трепещущих слететь оно готово, Но взглянешь ты - смущаюсь я И в сердце робкое скрываю от тебя Всё бытие мое вмещающее слово. Бегу тебя... вотще!.. полна Безумная душа тобою, В мечтах бессонницы и в жарких грезах сна, Неотразимая! ты всюду предо мною. Прилично ль это мне?- Прошла, прошла пора Тревожным радостям и бурным наслажденьям, Потухла в сумраке весны моей заря; Напрасно предаюсь привычным заблужденьям, Напрасно!- мне ль тебя любить? Мне ль сердце юное к взаимности склонить? Увы, не в сединах сердца обворожаешь! Всё правда!.. но вчера... ты знаешь... Могу ли позабыть наш тайный разговор! Ты резвостью мила; но вздох, но томный взор, Но что задумчивость твоя мне обещают? Сказать ли всё тебе? Уж в свете примечают, Что ты не так резва, беспечна и меня Безмолвно слушаешь. Вчера рука твоя Моей не покидала, Она в руке моей горела, трепетала, И ты глядела - на кого? Глядела на меня, меня лишь одного... Я видел всё... да, я любим тобою! Как выражу восторг я сердца моего? Теперь заранее нам должно меж собою Согласно начертать сердечный договор; Мы тем предупредим семейственный раздор, Неудовольствия и неизбежны споры. Вот первая статья: Мы будем жить одни, глаз на глаз, ты да я. Здесь тьма насмешников, которых разговоры Кипят злословием; ехидных языков Я, право, не боюсь; но модных болтунов, Кудрявых волокит, с лорнетами, с хлыстами, С очками на носу, с надутыми брыжжами - Как можно принимать?- Нет, без обиняков, Нет, нет, решительно: отказ им невозвратный! И для чего нам свет и чопорный и знатный, Рой обожателей и шайка сорванцов? К чему, скажи ты мне, менять нам тихий кров И мирную любви обитель На шумный маскарад нахалов и шутов? Бог с ними! что до них! я обществ не любитель И враг любезникам. Могу ль переносить И угождения и в дружбе уверенья Вертлявых шаркунов? Имеешь позволенье Раз в месяц... два раза - принять и угостить Мне с детства моего знакомого соседа Семидесяти лет. О, как его беседа Полезна для души! Какой он явный враг Всем ветреным забавам, развлеченьям, Пирам и праздникам и светским угожденьям! Итак, мой сделан первый шаг, И первая статья написана. Вторая: Прошу театр не посещать. Но - это жертва не большая: Ах! нам ли время убивать, За наслаждением искусственным стремиться? Миг дорог для любви! Мой друг, мой юный друг, Минута праздная чем может наградиться? К тому ж, что видим мы в театрах?- Малый круг Разумных критиков, а прочие - зеваки, Глупцы, насмешники, невежды, забияки. Открылся занавес: неистовый герой Завоет на стихах и в бешенстве жеманном Дрожащую княжну дрожащею рукой Ударит невпопад кинжалом деревянным; Иль, небу и земле отмщением грозя, Пронзает грудь свою и, выпуча глаза, Весь в клюквенном соку, кобенясь, умирает... И ужинать домой с княжною уезжает. Комедия тебя неужто веселит? Чему учиться в ней?- лукавствовать, смеяться Над добрыми людьми? Но можно ль забавляться Несчастьем ближнего?- Там старичок смешит, Что поздно полюбил,- но кто повелевает Волнением страстей? Там мужа наряжает Прической модною прелестная жена, И муж бодается; насмешка не одна Язвит любовников ревнивых!.. Что тут веселого?- К тому ж не вижу ль я Опять соборища слепцов многоречивых! Куда деваться мне? куда укрыть тебя От жадных взглядов их и уст медоточивых? Уж вот они - шумят! Уж в ложе - боже мой!.. Уж пять наездников меж мною и тобой... И вот еще один теснится с извиненьем... И я у притолки!- Любезные слова Их слушать осужден с досадой, с нетерпеньем... Молчу! Что делать мне?- Супружние права Теряют действие в собраньях многолюдных. Но зрелищу конец, и мы идем с толпой К подъезду... ах, и тут не легче жребий мой: И тут я сволочью нахалов безрассудных Затолкан до смерти! Они спешат, летят, Усердствуют тебе и руку предлагают... Возможно ль отказать? Учтивость, говорят, Отказам первый враг. Глаза мои теряют Тебя средь моря шуб, капотов, сюртуков И шляп с султанами, и шапок и чепцов! Не черти ли назло мне путь пересекают, Везде препятствия!- и я один брожу... Нет! именем любви тебя прошу Забыть навек театр, любви моей опасный. Не всё, не всё еще: танцуешь ты прекрасно, Я знаю; но тебе на балах не бывать. Как? Будешь ты на бал заране наряжаться, С намереньем приготовляться, Чтоб нравиться другим, прельщать, обворожать?.. Так, стало, для других и локоны волнисты Завьются? Для других и яхонты огнисты, Алмазы яркие зажгутся в волосах, Всё это для других?- И в золоте, в лучах, Богиня празднества, кадимая жрецами И упоенная мольбами и хвалами, Из жалости одной взор бросишь на того, Кто более всех любит,- и кого Ты не нарядами, не блеском привлекаешь, Но сердцем, но умом, но скромностью пленяешь!.. Но вальсы начались. На вальс тебя просить Подходит юноша. Он, с видом боязливым, Бродящим взором, торопливым, Окинул общество и взор остановить Решился на тебе... И кто не восхитится, Увидевши тебя! Уж он с тобой вертится... Злодей! Уж он, обняв твой гибкий, стройный стан, Летает... до полу из милости касаясь, И ты лицо с лицом! А я?.. я, разрываясь, Опять у притолки! А я? Опять в обман Попался! Думал быть с тобою неразлучен, Ждал удовольствия - теперь несносен, скучен, В отчаянье, взбешен!- Но вальса вихрь утих, И ты спешишь ко мне, чтоб перевесть дыханье: Я ожил, я забыл и горе и страданье, Но, ах! надолго ли?- Рой франтов молодых В погоне за тобой, и ты с одним из них - Прекраснейшим, любезнейшим... Нет, полно! Нет, балы позабудь!.. Утешь меня!.. Довольно Измучен уже я одной мечтой моей!.. Для рассудительных, бесчувственных людей Я странен, может быть? Что ж делать, друг мой милой, Могу ли быть тебе несносен от того? Не я виновен в том. Я сердца моего Могу ль избавиться? Какою силой Дам чувства новые ему? Мне скажут: я тебя на скуку осуждаю, Твой дом - в безлюдную тюрьму, Столицу - в монастырь пустынный обращаю... О нет! я сам хочу, чтоб всюду за тобой Утехи, радости стремилися толпой... Но я покой люблю, но скромность обожаю... И потому тебя в деревню призываю. Огромны здания не нужны нам с тобой: Чертог, украшенный искусною рукой, Очаровательный, чудесный, Не так мне нравится, как сельский домик тесный, Но светлый и простой: я тесноту люблю: Боюсь далеко жить от той, с кем жизнь делю! В одной же горнице - кто шепчет, кто вздыхает, Кто стукнет, заскрыпит, на цыпочках ступает,- Я вижу, слышу, знаю всё,- И сердце от того спокойнее мое. Чего ж еще желать блаженства к дополненью? Во вкусе английском, простом, Я рощу насажу, она окружит дом, Пустыню оживит, даст пищу размышленью; Вдоль рощи побежит струистый ручеек; Там ивы гибкие беседкою сплетутся; Березы над скамьей, развесившись, нагнутся; Там мшистый, темный грот, там светленький лужок,- И даже огород приманит нас порою Своей роскошною и скромной простотою. Мы будем счастливы природой и собой!.. Не далеко межа пустынников владенью... Но сколько места в нем живому наслажденью! Бог с ними, с благами роскошных гордецов! Им мир и блеск мирской - нам угол и любовь. Друзья, товарищи трудов моих смиренных - Кто будут? Жители села с простым умом; Ум стоит остроты: в невежестве своем Они почтеннее людей высокомерных, Которых называть опасно... Замолчу!.. Итак, с тобою я в деревню полечу, Забывши светские печальные забавы, И общежитие, и модные уставы. О, сколько радостей нас ожидает там! Скитаться будем мы по рощам, по горам, Куда глаза глядят... Но только всё со мною, Не разлучаяся, рука с рукою. Найдем красивый вид: мы, восхищаясь им, Приостановимся и взоры усладим, И сердце сладкими наполнится мечтами... Но вечереет день, уж солнце за горами, И сумрак стелется; мы тихою стопой Идем, задумавшись, с растроганной душой, Спокойны, счастливы. Деревню переходим, Но мимо хижины убогой не проходим; Там скорбь безмолвную ты в рубище найдешь... Смотри: мать бледная с детьми к тебе теснится; Ты всем несчастным друг - ты помощь им даешь, И жаркая слеза из глаз твоих катится. Так дни проводишь ты. Там щедрою рукой Даришь прид

rupoem.ru

Денис Давыдов: биография, стихи и фото

Давыдов Денис Васильевич – человек поистине уникальный. В годы Отечественной войны 1812 года он был командиром партизанского движения, идеологическим его вдохновителем. Денис Давыдов известен написанием красивых стихов преимущественно на военную и партизанскую тематику. В своих литературных произведениях он любил воспевать подвиги русских гусаров.денис давыдов

Факты из жизни

Биография Дениса Давыдова условно делится на несколько этапов. Каждый из них можно отнести к отдельной ветви жизни этого великого человека. В статье мы ознакомимся с детскими годами Дениса Давыдова, узнаем о его карьере военного, о литературном творчестве и личной жизни.

Детские годы

Первые годы жизни прошли на территории Украины. Отец Дениса был военным, возможно, этот факт в дальнейшем обусловил выбор поэтом творческого жанра. Военное дело привлекало Дениса с детства, а идеалом полководца был для мальчика Александр Суворов, который был командиром его отца. Знакомство с Суворовым у Дениса произошло в возрасте 9 лет, и тогда уже великий полководец заметил в мальчишке будущего знатного военного. Во времена правления Петра Первого семейство Давыдовых было вынуждено распродать имение и приобрести небольшой домик в поселке Бородино. В этот же период Денис Давыдов вступил в ряды кавалергардов (благодаря отцу).

Карьера военного и литературное творчество

Служба в гвардейском полке кавалергардов Петербурга далась Давыдову с большим трудом, поскольку рост парня не соответствовал требованиям приема на службу. Лишь скромность и природное обаяние помогли Денису пополнить ряды гвардейцев. Уже через год после поступления на службу он получил звание корнета, а в 1803 г. был возведен в ранг поручика. В этом же году Денис Давыдов впервые открывает в себе талант писателя.

Басни Дениса Давыдова были сатирическими, с элементами насмешки над политическими и государственными деятелями. Это привело к тому, что военного перевели в полк гусаров. Служба понравилась молодому поэту, и теперь его творчество все больше сводилось к сочинению баллад и стихов о гусарской жизни. Вместе с тем Давыдов мечтал об участии в сражениях с французскими войсками, но их полк почему-то в бой не отправляли. Денис любыми путями хотел попасть на фронт.

Багратион и Давыдов как два символа одной эпохи

В 1806 году гусар тайно проникает к главному командиру русской армии, чтобы добиться отправки на фронт. Такой поступок, однако, не обеспечил Давыдову успешного решения проблемы. Дело в том, что главнокомандующий российских войск Каменский был в этот период отстранен от должности, поскольку стал слаб рассудком. И все же Давыдову удалось попасть на фронт, во многом благодаря протекции одной из фавориток царя - Нарышкиной. Мария случайно узнала о бравом и смелом гусаре. Девушка решила помочь ему.

В 1807 году Денис Давыдов стал адъютантом генерала Багратиона. Еще совсем недавно в своих баснях и стишках он насмехался над главным изъяном внешности Багратиона – непропорционально большим носом. Именно поэтому встреча с генералом вызывала у Давыдова некий страх. Но знакомство прошло удачно, во многом благодаря чувству юмора и находчивости Дениса. Естественно, генерал вспомнил о стишке по поводу своего носа, однако поэту удалось обратить разговор в свою пользу. Поэт не стал отрицать факт наличия стихотворного шаржа, однако отметил, что подобное творчество обусловлено завистью. В одном из боев под руководством генерала П. Багратиона Давыдов получил отличительную приятную награду – орден Святого Владимира.Сам Багратион за блистательно проведенное сражение близ Прейсиш-Эйлау подарил своему ученику бурку и лошадь из коллекции трофеев. После других боев, проведенных не менее успешно, Денису удалось получить еще несколько наградных орденов и саблю из чистого золота. Давыдов принимал участие в боях в составе армии Финляндии, был командиром молдавских войск, участвовал в военных действиях против турецких войск. В 1812 году, за несколько дней до сражения с войсками Наполеона, Давыдов предлагает своему командиру, генералу Багратиону, идею создания партизанского отряда, который бы помог быстрее победить армию французов. Давыдов стал врагом №1 для Наполеона, о бравом гусаре слагались баллады и песни. Из боя на подходах к Парижу Денис вышел победителем. Он обрел награду в виде звания генерал-майора.

Послевоенное время

Краткая биография Дениса Давыдова в послевоенный период не слишком радужна в плане карьеры. Его звание генерал-майора почему-то признали ошибочно выданным, Давыдова перевели на службу в Орловскую губернию, где он должен был командовать бригадой конных егерей. Однако Денису пришлась не по душе новая должность, поскольку егерям не разрешалось ношение усов – главной черты всех гусаров. Возмущенный Давыдов написал письмо самому царю, где изложил суть своей проблемы. Итогом переписки стало возвращение Давыдова к гусарской деятельности и восстановление его в звании генерал-майора. На протяжении 1814 года Денис служит командиром гусарского полка, успешно проводит бой близ Ла-Ротьере. В 1815 году он был принят в арзамасский кружок, его союзниками становятся известные русские поэты – Вяземский и Пушкин. В этот же период Давыдова назначают штабным начальником в пехотном корпусе.

С 1827-го по 1831-й год Денис Давыдов проводит несколько успешных битв против персидских войск и поляков-повстанцев. Кстати, бой с поляками стал для Давыдова последним в карьере, поскольку больше воевать и принимать участие в кровопролитных боях он не хотел.

Литературное творчество

Стихи Дениса Давыдова были овеяны воинским духом. Он занимался написанием не только стихотворений, его перу принадлежат несколько статей в прозе. Сочинял Денис Давыдов песни, благодаря которым получил славу воина-певца. На творческом пути у него было несколько помощников и верных друзей, среди них - и Александр Пушкин. В своих творениях Давыдов любил воспевать гусарский дух и быт. В творчестве писателя-воина были отражены все прелести гусарской жизни: любовь, винные реки и разгульные гусарские вечера. Среди самых известных стихотворений поэта, посвященных гусарской жизни, можно обозначить следующие: «Песнь старого гусара», «Гусарский пир», «Песня», «Послание Бурцову».

На склоне лет Давыдов все больше благоволил к написанию красивых, овеянных романтикой и любовными чувствами стихов. К произведениям этого периода относят «Вальс», «Море». Давыдов занимался и статьями-переводами по Делилю, Арно. Проза Дениса Давыдова включала в себя статьи-воспоминания («Встреча с великим Суворовым», «Тильзит в 1807 году», «Воспоминания о сражении близ Прейсит-Эйлау») и статьи с элементами исторической полемики. В его творчестве впервые были замечены профессиональные штампы. Позднее профессионализмы нашли отклик и в пушкинских стихотворениях.

Личная жизнь

В жизни Дениса Давыдова было несколько любимых женщин. Первая любовь – Аглая де Грамон. К сожалению, эта красавица предпочла бравому гусару его двоюродного брата. Таня Иванова, успешная балерина, также пленила сердце гусара. Но и здесь Давыдова ждало разочарование – девушка выбрала своим спутником вовсе не бравого воина, а балетмейстера. Следующая избранница – Лизавета Злотницкая. Родители барышни на выданье потребовали от Давыдова похлопотать о получении казенного имения. Денис выполнил сию просьбу, но тут пришло очередное любовное разочарование – Елизавета предпочла ему князя Голицына.

Встреча со следующей избранницей, Соней Чириковой, произошла благодаря друзьям Дениса. Уже в 1819 году состоялось венчание этой пары, а после появления ребенка Денис и вовсе перестал думать о военных сражениях. Брак с Чириковой подарил гусару девять детей. В 1831 году союз оказался под угрозой, точнее, распался на целых три года. Причиной кризиса послужило новое увлечение Дениса Давыдова – Евгения Золотарева, племянница одного из коллег Давыдова. Большая разница в возрасте (девушка была на 27 лет младше Давыдова) не помешала этой паре быть вместе на протяжении долгих 3 лет. Потом Женя вышла замуж за другого, а Денис решил воссоединиться со своей семьей.

Последние годы

На протяжении последних лет Денис Давыдов жил в небольшом селе Верхняя Маза. Здесь, в тихом уголке природы, поэт полностью предался творческим порывам. Он любил охотиться, занимался виноделием, даже построил собственный небольшой винокуренный завод. Денис вел обширную работу по составлению военных записок, и одновременно с творческой деятельностью - активную переписку с другими талантливыми писателями. Среди них был Александр Пушкин, Василий Жуковский.

Умер Денис Давыдов 22 апреля 1939 года в своем имении, расположенном в селении Верхняя Маза.

Заключение

Денис Давыдов (фото не сохранилось, поскольку в год его смерти только появились первые дагерротипы) пользовался популярностью у критиков и писателей. О нем слагали стихи, писали статьи. Благодаря одному стихотворению гусара Давыдова («Решительный вечер») мы знаем, кто же такой поручик Ржевский.

Прототип Дениса Давыдова был использован Л. Толстым при написании романа «Война и мир». В 1980 году фильм о поэте смогли посмотреть многие телезрители. Назывался он «Эскадрон гусар летучих». Вскоре после выхода лента обрела огромную популярность. До сих пор «Эскадрон гусар летучих» считается непревзойденной классикой, отражающей в полной мере жизнь бравых и разбитных гусаров.

fb.ru

Давыдов Денис Васильевич биография, стихи, статьи, критика, письма

Давыдов Денис Васильевич (1784 - 1839), поэт, прозаик. Родился 16 июля (27 н.с.) в Москве в дворянской семье.

Одним из самых ярких впечатлений детства была встреча девятилетнего мальчика с легендарным А. Суворовым, который напророчил Давыдову его судьбу: "Это будет военный человек..."

Большую часть жизни Давыдов провел на службе в армии, выйдя в отставку в 1832 в чине генерал-лейтенанта. Он храбро сражался в 1806 - 07 с французами в Пруссии, в 1809 - со шведами в Финляндии, в 1809 - 10 с турками в Молдавии и на Балканах, в 1812 - 14 громил французов в России и гнал их до самого Парижа.

В народной памяти имя Дениса Давыдова неотделимо от Отечественной войны 1812 как имя одного из руководителей армейского партизанского движения, которое сыграло немаловажную роль в победе над Наполеоном.

Это был разносторонне одаренный человек. Первые литературные опыты Давыдова относятся в 1803 - 05, когда в рукописях получили широкое хождение его политические стихи (басни "Голова и ноги", "Река и зеркало", сатира "Сон" и др.).

Давыдов был связан со многими декабристами, ценившими его стихи, однако от предложения примкнуть к тайному обществу отказался. В историю русской литературы вошел как создатель жанра "гусарской лирики", герой которой любитель разгульной жизни, вместе с тем человек свободомыслящий, противник насилия над личностью ("Гусарский пир", "Песня старого гусара", "Полу-солдат", "Бородинское поле". Последнее стихотворение, написанное в 1829, считается одной из лучших исторических элегий русской романтической поэзии).

Значительным явлением в литературе 1830-х была военная проза Давыдова - его воспоминания об А. Суворове, Н. Раевском, М. Каменском. Поэзию Дениса Давыдова высоко ценил А. Пушкин, с которым его связывала многолетняя дружба.

В последние годы он долго добивался перенесения праха Багратиона на Бородинское поле и в конце концов добился этого, но самому участвовать в церемонии ему не привелось. 22 апреля (4 мая н.с.) он скоропостижно скончался.

Использованы материалы кн.: Русские писатели и поэты. Краткий биографический словарь. Москва, 2000.

scanpoetry.ru

ПОЭТЫ О ДЕНИСЕ ДАВЫДОВЕ. «Стихи и проза»

 

Петр Вяземский

Эперне

(Денису Васильевичу Давыдову)

I

Икалось ли тебе, Давыдов, Когда шампанское я пил Различных вкусов, свойств и видов, Различных возрастов и сил, Когда в подвалах у Моэта Я жадно поминал тебя. Любя наездника-поэта Да и шампанское любя? Здесь бьет Кастальский ключ, питая Небаснословною струей; Поэзия — здесь вещь ручная: Пять франков дай — и пей и пой! Моэт — вот сочинитель славный! Он пишет прямо набело, И стих его, живой и плавный, Ложится на душу светло. Живет он славой всенародной; Поэт доступный, всем с руки, Он переводится свободно На все живые языки. Недаром он стяжал известность И в школу все к нему спешат: Его текущую словесность Все поглощают нарасхват. Поэм в стеклянном переплете В его архивах миллион. Гомер! хоть ты в большом почете,— Что́ твой воспетый Илион? Когда тревожила нас младость И жажда ощущений жгла, Его поэма, наша радость, Настольной книгой нам была. Как много мы ночей бессонных, Забыв все тягости земли, Ночей прозрачных, благосклонных, С тобой над нею провели. Прочтешь поэму — и, бывало, Давай полдюжину поэм! Как ни читай, — кажись, всё мало… И зачитаешься совсем. В тех подземелиях гуляя, Я думой о́жил в старине; Гляжу: биваком рать родная Расположилась в Эперне́. Лихой казак, глазам и слуху, Предстал мне: песни и гульба! Пьют эпернейскую сивуху, Жалея только, что слаба. Люблю я русского натуру: В бою он лев; пробьют отбой — Весельчаку и балагуру И враг всё тот же брат родной. Оставя боевую пику, Казак здесь мирно пировал, Но за Москву, французам в пику, Их погреба он осушал. Вином кипучим с гор французских Он поминал родимый Дон, И чтоб не пить из рюмок узких, Пил прямо из бутылок он. Да и тебя я тут подметил, Мой Бородинский бородач! Ты тут друзей давнишних встретил — И поцелуй твой был горяч. Дней прошлых свитки развернулись, Все поэтические сны В тебе проснулись, встрепенулись Из-за душевной глубины. Вот край, где радость льет обильно Виноточивая лоза; И из очей твоих умильно Скатилась пьяная слеза!

1838

Эперне

II

Так из чужбины отдаленной Мой стих искал тебя, Денис! А уж тебя ждал неизменный Не виноград, а кипарис. На мой привет отчизне милой Ответом скорбный голос был, Что свежей братскою могилой Дополнен ряд моих могил. Искал я друга в день возврата, Но грустен был возврата день! И собутыльника и брата Одну я с грустью обнял тень. Остыл поэта светлый кубок, Остыл и партизанский меч; Средь благовонных чаш и трубок Уж не кипит живая речь. С нее не сыплются, как звезды, Огни и вспышки острых слов, И речь наездника — наезды Не совершает на глупцов. Струей не льется вечно новой Бивачных повестей рассказ Про льды Финляндии суровой, Про огнедышащий Кавказ, Про год, запечатленный кровью, Когда, под заревом Кремля, Пылая местью и любовью, Восстала русская земля, Когда, принесши безусловно Все жертвы на алтарь родной, Единодушно, поголовно Народ пошел на смертный бой. Под твой рассказ народной были, Животрепещущий рассказ, Из гроба тени выходили, И блеск их ослеплял наш глаз. Багратион — Ахилл душою, Кутузов — мудрый Одиссей, Сеславин, Кульнев — простотою, И доблестью муж древних дней! Богатыри эпохи сильной, Эпохи славной, вас уж нет! И вот сошел во мрак могильный Ваш сослуживец, ваш поэт! Смерть сокрушила славы наши — И смотрим мы с слезой тоски На опрокинутые чаши, На упраздненные венки. Зову — молчит привет бывалый; Ищу тебя — но дом твой пуст; Не встретит стих мой запоздалый Улыбки охладевших уст. Но песнь мою, души преданье О светлых, безвозвратных днях, Прими, Денис, как возлиянье На прах твой, сердцу милый прах! [8]

1854

litresp.ru

Денис Давыдов – поэт и диверсант » Военное обозрение

Болтышев Виктор Николаевич .Давыдов в бою у Салтановки. 1812 г

«Огромна наша мать Россия! Не разрушится ли, не развеется ли, не снесется ли прахом с лица земли все, что ни повстречается, живого и неживого, на широком пути урагана … нашей армии, первою в мире по своей храбрости, дисциплине и устройству? Еще Россия не подымалась во весь исполинский рост свой, и горе ее неприятелям, если она когда-нибудь подымется!»Денис Давыдов

Денис Васильевич Давыдов, знаменитый поэт – партизан, родился 16 июля 1784 года в семье бригадира Василия Денисовича Давыдова, служившего под командованием А. В. Суворова. Самое яркое впечатление детства – встреча с легендарным полководцем, который напророчил мальчику: «Это будет военный человек…». Родители дали сыну прекрасное домашнее образование. При помощи отца он рано приобщился к военному делу, блестяще освоил верховую езду. Но страдал оттого, что был маленького роста, курносый, некрасивый. В 17 лет он уже служил юнкером в Кавалергардском полку, через год получил чин корнета. Офицеры полюбили остроумие, скромность и обаяние личности этого маленького ростом военного. С 1807 года Давыдов был назначен адъютантом князя Багратиона. Вместе с ним принимал участие в сражениях с французами, шведами, турками, показывая себя отчаянно храбрым воином. К началу войны 1812 года он уже подполковник Ахтырского гусарского полка, находившегося в авангарде войск генерала Васильчикова. Еще за несколько дней до Бородинского сражения, наблюдая, как солдаты разбирают на фортификационные сооружения дом его отца в селе Бородино, где прошло детство, Давыдов высказал мысль о целесообразности партизанских действий в тылу врага. Эту идею он позаимствовал у испанских партизан (гверильясов), которых Наполеон не мог разбить до тех пор, пока они не объединились в регулярную армию. Давыдов подал рапорт Багратиону с просьбой выделить ему людей для создания партизанского отряда. Под свое начало он получил 50 гусар и 80 казаков и первый начал применять партизанские методы в борьбе с врагом.

Именно успехи Давыдова в партизанской борьбе убедили Кутузова, что врага в его глубоком тылу может бить народ, и полководец дал ей более широкое развитие. Выдающийся подвиг Давыдова – бой под селом Ляховым, когда он пленил 2 000 солдат из отряда генерала Ожеро. Успешные действия отряда под командованием Дениса Давыдова привели к освобождению им города Гродно, за что он был произведен в полковники. Известно, что Наполеон люто ненавидел Давыдова и приказал при задержании расстрелять его на месте. Император выделил специальный отряд в 2 000 всадников с 8 обер-офицерами и 1 штаб-офицером для поимки первого партизана. Однако Давыдов со своим тысячным отрядом заманил французов в ловушку и взял в плен со всеми офицерами.

Не менее успешно сражался Давыдов и после перехода русской армии границы, отличаясь практически во всех сражениях, в которых принимал участие. Так, с передовым отрядом он занял город Дрезден и был посажен за это под домашний арест, так как действовал без приказа. Вся Европа слагала легенды об отважном партизане, а жители занятых русскими войсками городов выходили на улицы, чтобы увидеть Давыдова. В 1815 году ему присвоили звание генерал-майора за бой под Парижем, где под Давыдовым были убиты 5 лошадей, но он все же прорвался к французской батарее и изрубил прислугу, решив исход сражения. Пришлось ему воевать и позже – в 1827 году он с успехом сражался с персами, а в 1831 подавлял выступления польских мятежников. В этом же году получил чин генерал-лейтенанта, а через год вышел в условную отставку, числясь на службе до своей смерти в 1839 году.

Д.В. Давыдов. Раскрашенная гравюра М. Дюбурга по оригиналу А. Орловского. 1814 г

Свои военные приключения Давыдов описал в мемуарах «Дневник партизанских поисков 1812 года» и «Военные записки», оставил воспоминания о А. В. Суворове, Н. Н. Раевском, М. Каменском. Но главное его произведение – уникальная книга «Опыт теории партизанского действия», увидевшая свет в 1827 году. Она вошла в военную историю России как первое исследование теории «малой войны», созданное русским автором на русском материале.Давыдов первым отметил, что к началу 19 века европейские армии стали многочисленными и сложными по устройству, но уязвимыми в области тыла. А Россия основной государственной оборонительной политикой вполне может сделать партизанскую войну, потому что располагает двумя факторами, дающими преимущество перед европейскими странами. Факторы эти – наличие «истинной» легкой кавалерии – казачества (казаки сочетали воинское искусство Востока и Запада, владея высокими боевыми качествами) и обширность территории, дающую возможность отступать, уклоняясь от ударов противника, как в 1812 году. Для удобства управления партизанскими отрядами Давыдов предлагал разделить их на три разряда. Отряды первого разряда ведут боевые действия в тылу неприятельской армии, отряды второго разряда действуют на коммуникациях противника, третьего разряда – проводят поиски на линиях снабжения вражеских войск. Формируются и «экстренные» партии партизан в качестве оперативного резерва. Основным тактическим действием партизан, отмечал Давыдов, должна стать внезапная атака из засады. Кроме того, важным считал Давыдов и выбор партизанского командира, роль которого в условиях партизанской войны намного ответственнее, чем роль обычного офицера. Книга Давыдова до сих пор востребована заинтересованными читателями.

В личной жизни Давыдову везло так же, как и в военных делах. Он горячо любил свою жену Софью Николаевну, которая родила ему 9 детей. Последние годы жизни поэт-партизан был примерным семьянином, стремящимся отовсюду к жене и детям. Вел обширную переписку, имел огромное количество друзей, был близок с Пушкиным, связан со многими декабристами, которые ценили его политические стихи, но к тайному обществу примкнуть отказался. В истории русской литературы Давыдов – создатель «гусарской лирики», герой которой молодой военный, любящий буйный разгул, любовные приключения, удалую жизнь и в то же время противник насилия над личностью, человек свободомыслящий.

Демаков Евгений Александрович. Поэт,гусар и партизан Денис Давыдов в кругу однополчан

Все знающие этого человека отмечали его неизменную «молодость сердца и нравов», веселый характер, заражающий окружающих, он всегда был душой дружеских встреч.

Денис Васильевич Давыдов остался в памяти русского народа как Герой Отечественной войны, самобытный автор военных записок, талантливый поэт, наслаждавшийся славой и вниманием при жизни и не забытый после смерти. Нельзя не отметить и еще одну заслугу Давыдова перед Россией. Именно по его инициативе прах князя Багратиона был перезахоронен на Бородинском поле. А к столетию Отечественной войны 26 августа 1912 года Ахтырскому гусарскому полку было присвоено имя Дениса Давыдова.

Подготовлено по материалам: http://www.bratishka.ru/archiv/2008/6/2008_6_13.phphttp://www.denisdavydov.org.ru/http://www.raruss.ru/lifetime-editions/page03/1016-davydov-first.html

topwar.ru

Денис Давыдов. Воин и поэт » Перуница

Денис Давыдов. Воин и поэтДАВЫДОВ ДЕНИС ВАСИЛЬЕВИЧ (1784 – 1839) - генерал-лейтенант, идеолог и предводитель партизанского движения, участник Отечественной войны 1812 года, русский поэт «Пушкинской плеяды».

Родился 27 июля 1784 года в Москве, в семье бригадира Василия Денисовича Давыдова, служившего под командованием А.В.Суворова. Значительная часть детских лет будущего героя прошла в военной обстановке в Малороссии и на Слобожанщине, где служил его отец, командовавший полтавским легкоконным полком. Однажды, когда мальчику было девять лет, к ним в гости приехал Суворов. Александр Васильевич, оглядев двух сыновей Василия Денисовича, сказал, что Денис «этот удалой, будет военным, я не умру, а он уже три сражения выиграет». Эта встреча и слова великого полководца запомнились Денису на всю жизнь.

“Маленький повеса бросил Псалтырь, замахал саблею, выколол глаз дядьке, проткнул шлык няне и отрубил хвост борзой собаке, думая тем исполнить пророчество великого человека. Розга обратила его к миру и к учению.” Так было представлено сие событие в жизнеописание Дениса Давыдова, составленное якобы неким «сослуживцем» автора. Современники не сразу распознали в этой биографии остроумную и художественно яркую автобиографию. Итак, Денис Давыдов говорит о себе в третьем лице: «Его благословил великий Суворов: благословение это ринуло его в боевые случайности на полное тридцатилетие... Мир и спокойствие — и о Давыдове нет слуха, его как бы нет на свете; но повеет войною — и он уже тут, торчит средь битв как казачья пика. Снова мир — и Давыдов опять в степях своих, опять гражданин, семьянин, пахарь, ловчий, стихотворец, поклонник красоты...»

В 1801 году Давыдов поступил на службу в гвардейский Кавалергардский полк и уже в следующем году произведён в корнеты, а в ноябре 1803-го – в поручики. Из-за сатирических стихов переведён из гвардии в Белорусский гусарский полк с присвоением звания ротмистр. С начала 1807 года Денис Давыдов в качестве адъютанта П.И.Багратиона участвует в военных действиях против Наполеона на территории Восточной Пруссии. За исключительную храбрость, проявленную в сражении при Прейсиш-Эйлау награждён орденом Святого Владимира IV степени.

Не имея природных данных кавалергарда (Денис был небольшого роста, а в полк обычно брали людей высоких и статных), он все же пробился в гвардию и стал эстандарт-юнкером гвардейского кавалергардского полка. “Привязали недоросля нашего к огромному палашу, опустили его в глубокие ботфорты и покрыли святилище поэтического его гения мукою и треугольною шляпою”, — писал “сослуживец”. Однако в кавалергардах Давыдов пробыл недолго. Вольнолюбивый дух, независимость натуры, лютая ненависть к бездарным подхалимам и невежественным выскочками на всю жизнь обрекли его на недоверие со стороны властей.

Да еще проявилось немалое поэтическое дарование Дениса Васильевича, которое придало настроениями и мыслям острую, сатирическую, художественно яркую форму. За басню “Голова и Ноги” в 1803 году Давыдов был выдворен из гвардии и направлен под Киев в захолустье, в армейский гусарский полк. Спустя некоторое время он был прощен, но навсегда остался у правительства под подозрением. Даже боевая слава и партизанские успехи 1812 года и изменили этого отношения. Его обходили чинами, не торопились с наградами, а в 1814 году, присвоив генеральский чин, отобрали: дескать, ошибочка вышла. Правда, потом вернули, и в чине генерал-майора он вышел в отставку 1823 года, так и не примирившись душой с безобразиями, творимыми царской властью.

Напрасно думаете вы,Чтобы гусар, питомец славы,Любил лишь только бой кровавыйИ был отступником любви.Амур не вечно пастушкомВ свирель без умолка играет:Он часто, скучив посошком,С гусарской саблею гуляет;Он часто храбрости огоньЛюбовным пламенем питает -И тем милей бывает он!Он часто с грозным барабаномМешает звук любовных слов;Он так и нам под доломаномВселяет зверство и любовь.В нас сердце не всегда желаетУслышать стон, увидеть бой...Ах, часто и гусар вздыхает,И в кивере его веснойГолубка гнездышко свивает...

Литературная известность поэта-гусара, бездумного храбреца и безудержного гуляки, как-то слилась с партизанской славой Давыдова и превратилась в своеобразную легенду — пожалуй, оправданную с точки зрения чисто поэтической, но не выдерживающую проверки биографией Дениса Васильевича. Даже «сослуживец» характеризует литературные занятия Давыдова в эмоционально-приподнятом тоне:

«Большая часть стихов его пахнет биваком. Они были писаны на привалах, на дневках, между двух дежурств, между двух сражений, между двух войн; это пробные почерки пера, чинимого для писания рапортов... Стихи эти были завербованы в некоторые московские типографии тем же средством, как некогда вербовали разного рода бродяг в гусарские полки: за шумными трапезами, за веселыми пирами, среди буйного разгула».

За примерами далеко ходить не надо:

“Стукнем чашу с чашей дружно,Нынче пить еще досужно”…

или

“Ни полслова, дым столбом,ни полслова, все мертвецкипьют и преклонясь челомзасыпают молодецки”.

Или так:

“Ради бога, трубку дайСтавь бутылки перед нами,Всех наездников сзывайЗакрученными усами”…

Невольно складывается впечатление, что автор был неисправимым пьяницей и бесшабашным гулякой. Однако на сей счет имеется объективное свидетельство Вяземского: «Не лишним будет заметить, что певец вина и веселых попоек в этом отношении несколько поэтизировал. Радушный и приятный собутыльник, он на самом деле был довольно скромен и трезв. Он не оправдывал собою пословицы: пьян да умен, два угодья в нем. Умен он был, а пьяным не бывал». Столь же преувеличены были слухи о любовных победах Давыдова, хотя, как герой войны, человек обаятельный и остроумный, он в самом деле пользовался успехом у женщин (в него была влюблена, например, не слишком скрывая это, Ольга Сергеевна Пушкина).

Поэтический талант Дениса Давыдова почитали все: от признанных литераторов, до простых книгочеев. Пушкин, Жуковский, Вяземский, Баратынский, Языков и многие другие посвящали отважному партизану свои стихи. Пушкин, лично познакомившийся с гусарским поэтом зимой 1818-1819 года в Петербурге, через всю жизнь пронес восторженное увлечение “Денисом-храбрецом”. И даже всерьез утверждал, что именно Давыдову был обязан тем, что не поддался в молодости влиянию модных поэтов (Жуковского и Батюшкова) и “почувствовал возможность быть оригинальным”.

Я слушаю тебя и сердцем молодею,Мне сладок жар твоих речей,Печальный, снова пламенеюВоспоминаньем прежних дней.(А.С.Пушкин о Д.В.Давыдове)

Во время русско-шведской войны 1808-1809 гг. в отряде Кульнева прошёл всю Финляндию до Улеаборга, занял с казаками остров Карлье и, возвратясь к авангарду, отступил по льду Ботнического залива. В 1809 г., во время русско-турецкой войны Давыдов состоял при князе Багратионе, командовавшем войсками в Молдавии, участвовал во взятии Мачина и Гирсово, в бою при Рассевате. Когда Багратион был сменен графом Каменским, поступил в авангард молдавской армии под начальство Кульнева, где, по его словам, «кончил курс аванпостной школы, начатой в Финляндии».

“Полковник Давыдов, прозванный черным капитанов, полковник русских ахтырских гусар. Первый офицер, который был отражен как партизан в кампании 1812 года. Он наводил ужас на общего врага по всей линии французской коммуникации под именем черного капитана. Владелец деревни Бородино, где разыгралось известное сражение. Также выдающийся поэт”.

В начале войны 1812 г. Давыдов в чине подполковника Ахтырского гусарского полка находился в авангардных войсках генерала Васильчикова. Когда Кутузов был назначен главнокомандующим, Давыдов, с разрешения Багратиона, явился к светлейшему князю и выпросил в своё командование партизанский отряд. После Бородинского сражения русская армия двинулась на Москву, а Давыдов с небольшим отрядом в 50 гусар и 80 казаков пошёл на запад, в тыл французской армии. Вскоре успехи его отряда привели к полномасштабному развёртыванию партизанского движения. В одной из первых же вылазок Давыдов умудрился взять в плен 370 французов, отбив при этом 200 русских пленных, телегу с патронами и девять телег с провиантом. Его отряд за счёт крестьян и освобождённых пленных быстро разрастался.

Умолкшие холмы, дол некогда кровавый!Отдайте мне ваш день, день вековечной славы,И шум оружия, и сечи, и борьбу!Мой меч из рук моих упал. Мою судьбуПопрали сильные. Счастливцы горделивыНевольным пахарем влекут меня на нивы...О, ринь меня на бой, ты, опытный в боях,Ты, голосом своим рождающий в полкахПогибели врагов предчувственные клики,Вождь гомерический1, Багратион великий?Простри мне длань свою, Раевский, мой герой!Ермолов! я лечу - веди меня, я твой:О, обреченный быть побед любимым сыном,Покрой меня, покрой твоих перунов дымом!

Но где вы?.. Слушаю... Нет отзыва! С полейУмчался брани дым, не слышен стук мечей,И я, питомец ваш, склонясь главой у плуга,Завидую костям соратника иль друга.

"Храбрый партизан Денис Васильевич Давыдов 1812"

Постоянно маневрируя и нападая, отряд Давыдова не давал покоя наполеоновской армии. Только в период с 2 сентября по 23 октября он пленил около 3 600 вражеских солдат и офицеров. Наполеон ненавидел Давыдова и приказал при аресте расстрелять его на месте. Французский губернатор Вязьмы направил для его поимки один из лучших своих отрядов в две тысячи всадников при восьми обер-офицерах и одном штаб-офицере. Давыдов, у которого было в два раза меньше людей, сумел загнать отряд в ловушку и взять в плен вместе со всеми офицерами.

О милый друг, оставь угадывать другихПредмет, сомнительный для них,Тех песней пламенных, в которых, восхищенный,Я прославлял любовь, любовью распаленный!Пусть ищут, для кого я в лиру ударял,Когда поэтов в хореРоссийской ТерпсихореВосторги посвящал!Но ты не в заблужденья,Кого в воображеньяЯ розами венчал,Чьи длинные ресницыЗвук стройныя цевницыПотомству предавал!И мне ли огнь желаньяВ других воспламенять,Мне ль нового искатьВ любви очарованья?Я страстен лишь тобой!..Под именем другойТебя лишь славят струны,И для тебя однойБросаю в вражий стройРазящие перуны!Восторгом упоен,Века предупреждаюИ, миртом осенен,Бессмертие вкушаю.

При отступлении французской армии Давыдов, совместно с другими партизанами продолжил преследование неприятеля. Отряд Давыдова вместе с отрядами Орлова-Денисова, Фигнера и Сеславина разгромил и пленил под Ляховым двухтысячную бригаду генерала Ожеро. Преследуя отступавшего врага, Давыдов разбил под г.Копысь трёхтысячное кавалерийское депо, рассеял большой французский отряд под Белыничами и, дойдя до Немана, занял Гродно. За кампанию 1812 года Давыдов был награждён орденами Св.Владимира 3-й степени и Св.Георгия 4-й степени.

Поведай подвиги усатого героя, О муза, расскажи, как Кульнев воевал, Как он среди снегов в рубашке кочевал И в финском колпаке являлся среди боя. Пускай услышит свет Причуды Кульнева и гром его побед.

Румяный Левенгёльм на бой приготовлялсяИ, завязав жабо, прическу поправлял,Ниландский полк его на клячах выезжал,За ним и корпус весь Клингспора пресмыкался;О храбрые враги, куда стремитесь вы?Отвага, говорят, ничто без головы.

Наш Кульнев до зари, как сокол, встрепенулся;Он воинов своих ко славе торопил:"Вставайте,- говорит,- вставайте, я проснулся!С охотниками в бой! Бог храбрости и сил!По чарке, да на конь, без холи и затеев;Чем ближе, тем видней, тем легче бить злодеев!"Всё вмиг воспрянуло, всё двинулось вперед...О муза, расскажи торжественный поход!

Во время Заграничного похода русской армии Давыдов отличился в сражениях при Калише и Ла-Ротьере, вступив с передовым отрядом в Саксонию, захватил Дрезден. За героизм, проявленный Давыдовым при штурме Парижа, ему было присвоено звание генерал-майора. Слава о храбром русском герое гремела по всей Европе. Когда русские войска входили в какой-нибудь город, то все жители выходили на улицу и спрашивали о нём, чтобы его увидеть.

После войны Денис Давыдов продолжил службу в армии. Писал стихи и военно-исторические мемуары, переписывался с известнейшими писателями своей эпохи. Участвовал в Русско-Персидской войне 1826-1828 гг. и в подавлении Польского восстания 1830-1831гг. Был женат на Софье Николаевне Чирковой, от которой имел 9 детей. Последние годы жизни Д. В. Давыдов провел в принадлежавшем жене селе Верхняя Маза, где и скончался 22 апреля 1839 года на 55-м году жизни от апоплексического удара. Прах поэта был перевезен в Москву и погребен на кладбище Новодевичьего монастыря.

www.perunica.ru

Денис Давыдов. Воин и поэт — Славянская культура

ДАВЫДОВ ДЕНИС ВАСИЛЬЕВИЧ (1784 – 1839) - генерал-лейтенант, идеолог и предводитель партизанского движения, участник Отечественной войны 1812 года, русский поэт «Пушкинской плеяды».

Родился 27 июля 1784 года в Москве, в семье бригадира Василия Денисовича Давыдова, служившего под командованием А.В.Суворова. Значительная часть детских лет будущего героя прошла в военной обстановке в Малороссии и на Слобожанщине, где служил его отец, командовавший полтавским легкоконным полком. Однажды, когда мальчику было девять лет, к ним в гости приехал Суворов. Александр Васильевич, оглядев двух сыновей Василия Денисовича, сказал, что Денис «этот удалой, будет военным, я не умру, а он уже три сражения выиграет». Эта встреча и слова великого полководца запомнились Денису на всю жизнь.

“Маленький повеса бросил Псалтырь, замахал саблею, выколол глаз дядьке, проткнул шлык няне и отрубил хвост борзой собаке, думая тем исполнить пророчество великого человека. Розга обратила его к миру и к учению.” Так было представлено сие событие в жизнеописание Дениса Давыдова, составленное якобы неким «сослуживцем» автора. Современники не сразу распознали в этой биографии остроумную и художественно яркую автобиографию. Итак, Денис Давыдов говорит о себе в третьем лице: «Его благословил великий Суворов: благословение это ринуло его в боевые случайности на полное тридцатилетие... Мир и спокойствие — и о Давыдове нет слуха, его как бы нет на свете; но повеет войною — и он уже тут, торчит средь битв как казачья пика. Снова мир — и Давыдов опять в степях своих, опять гражданин, семьянин, пахарь, ловчий, стихотворец, поклонник красоты...»

В 1801 году Давыдов поступил на службу в гвардейский Кавалергардский полк и уже в следующем году произведён в корнеты, а в ноябре 1803-го – в поручики. Из-за сатирических стихов переведён из гвардии в Белорусский гусарский полк с присвоением звания ротмистр. С начала 1807 года Денис Давыдов в качестве адъютанта П.И.Багратиона участвует в военных действиях против Наполеона на территории Восточной Пруссии. За исключительную храбрость, проявленную в сражении при Прейсиш-Эйлау награждён орденом Святого Владимира IV степени.

Не имея природных данных кавалергарда (Денис был небольшого роста, а в полк обычно брали людей высоких и статных), он все же пробился в гвардию и стал эстандарт-юнкером гвардейского кавалергардского полка. “Привязали недоросля нашего к огромному палашу, опустили его в глубокие ботфорты и покрыли святилище поэтического его гения мукою и треугольною шляпою”, — писал “сослуживец”. Однако в кавалергардах Давыдов пробыл недолго. Вольнолюбивый дух, независимость натуры, лютая ненависть к бездарным подхалимам и невежественным выскочками на всю жизнь обрекли его на недоверие со стороны властей.

Да еще проявилось немалое поэтическое дарование Дениса Васильевича, которое придало настроениями и мыслям острую, сатирическую, художественно яркую форму. За басню “Голова и Ноги” в 1803 году Давыдов был выдворен из гвардии и направлен под Киев в захолустье, в армейский гусарский полк. Спустя некоторое время он был прощен, но навсегда остался у правительства под подозрением. Даже боевая слава и партизанские успехи 1812 года и изменили этого отношения. Его обходили чинами, не торопились с наградами, а в 1814 году, присвоив генеральский чин, отобрали: дескать, ошибочка вышла. Правда, потом вернули, и в чине генерал-майора он вышел в отставку 1823 года, так и не примирившись душой с безобразиями, творимыми царской властью.

Напрасно думаете вы,Чтобы гусар, питомец славы,Любил лишь только бой кровавыйИ был отступником любви.Амур не вечно пастушкомВ свирель без умолка играет:Он часто, скучив посошком,С гусарской саблею гуляет;Он часто храбрости огоньЛюбовным пламенем питает -И тем милей бывает он!Он часто с грозным барабаномМешает звук любовных слов;Он так и нам под доломаномВселяет зверство и любовь.В нас сердце не всегда желаетУслышать стон, увидеть бой...Ах, часто и гусар вздыхает,И в кивере его веснойГолубка гнездышко свивает...

Литературная известность поэта-гусара, бездумного храбреца и безудержного гуляки, как-то слилась с партизанской славой Давыдова и превратилась в своеобразную легенду — пожалуй, оправданную с точки зрения чисто поэтической, но не выдерживающую проверки биографией Дениса Васильевича. Даже «сослуживец» характеризует литературные занятия Давыдова в эмоционально-приподнятом тоне:

«Большая часть стихов его пахнет биваком. Они были писаны на привалах, на дневках, между двух дежурств, между двух сражений, между двух войн; это пробные почерки пера, чинимого для писания рапортов... Стихи эти были завербованы в некоторые московские типографии тем же средством, как некогда вербовали разного рода бродяг в гусарские полки: за шумными трапезами, за веселыми пирами, среди буйного разгула».

За примерами далеко ходить не надо:

“Стукнем чашу с чашей дружно,Нынче пить еще досужно”…

или

“Ни полслова, дым столбом,ни полслова, все мертвецкипьют и преклонясь челомзасыпают молодецки”.

Или так:

“Ради бога, трубку дайСтавь бутылки перед нами,Всех наездников сзывайЗакрученными усами”…

Невольно складывается впечатление, что автор был неисправимым пьяницей и бесшабашным гулякой. Однако на сей счет имеется объективное свидетельство Вяземского: «Не лишним будет заметить, что певец вина и веселых попоек в этом отношении несколько поэтизировал. Радушный и приятный собутыльник, он на самом деле был довольно скромен и трезв. Он не оправдывал собою пословицы: пьян да умен, два угодья в нем. Умен он был, а пьяным не бывал». Столь же преувеличены были слухи о любовных победах Давыдова, хотя, как герой войны, человек обаятельный и остроумный, он в самом деле пользовался успехом у женщин (в него была влюблена, например, не слишком скрывая это, Ольга Сергеевна Пушкина).

Поэтический талант Дениса Давыдова почитали все: от признанных литераторов, до простых книгочеев. Пушкин, Жуковский, Вяземский, Баратынский, Языков и многие другие посвящали отважному партизану свои стихи. Пушкин, лично познакомившийся с гусарским поэтом зимой 1818-1819 года в Петербурге, через всю жизнь пронес восторженное увлечение “Денисом-храбрецом”. И даже всерьез утверждал, что именно Давыдову был обязан тем, что не поддался в молодости влиянию модных поэтов (Жуковского и Батюшкова) и “почувствовал возможность быть оригинальным”.

Я слушаю тебя и сердцем молодею,Мне сладок жар твоих речей,Печальный, снова пламенеюВоспоминаньем прежних дней.(А.С.Пушкин о Д.В.Давыдове)

Во время русско-шведской войны 1808-1809 гг. в отряде Кульнева прошёл всю Финляндию до Улеаборга, занял с казаками остров Карлье и, возвратясь к авангарду, отступил по льду Ботнического залива. В 1809 г., во время русско-турецкой войны Давыдов состоял при князе Багратионе, командовавшем войсками в Молдавии, участвовал во взятии Мачина и Гирсово, в бою при Рассевате. Когда Багратион был сменен графом Каменским, поступил в авангард молдавской армии под начальство Кульнева, где, по его словам, «кончил курс аванпостной школы, начатой в Финляндии».

“Полковник Давыдов, прозванный черным капитанов, полковник русских ахтырских гусар. Первый офицер, который был отражен как партизан в кампании 1812 года. Он наводил ужас на общего врага по всей линии французской коммуникации под именем черного капитана. Владелец деревни Бородино, где разыгралось известное сражение. Также выдающийся поэт”.

В начале войны 1812 г. Давыдов в чине подполковника Ахтырского гусарского полка находился в авангардных войсках генерала Васильчикова. Когда Кутузов был назначен главнокомандующим, Давыдов, с разрешения Багратиона, явился к светлейшему князю и выпросил в своё командование партизанский отряд. После Бородинского сражения русская армия двинулась на Москву, а Давыдов с небольшим отрядом в 50 гусар и 80 казаков пошёл на запад, в тыл французской армии. Вскоре успехи его отряда привели к полномасштабному развёртыванию партизанского движения. В одной из первых же вылазок Давыдов умудрился взять в плен 370 французов, отбив при этом 200 русских пленных, телегу с патронами и девять телег с провиантом. Его отряд за счёт крестьян и освобождённых пленных быстро разрастался.

Умолкшие холмы, дол некогда кровавый!Отдайте мне ваш день, день вековечной славы,И шум оружия, и сечи, и борьбу!Мой меч из рук моих упал. Мою судьбуПопрали сильные. Счастливцы горделивыНевольным пахарем влекут меня на нивы...О, ринь меня на бой, ты, опытный в боях,Ты, голосом своим рождающий в полкахПогибели врагов предчувственные клики,Вождь гомерический1, Багратион великий?Простри мне длань свою, Раевский, мой герой!Ермолов! я лечу - веди меня, я твой:О, обреченный быть побед любимым сыном,Покрой меня, покрой твоих перунов дымом!

Но где вы?.. Слушаю... Нет отзыва! С полейУмчался брани дым, не слышен стук мечей,И я, питомец ваш, склонясь главой у плуга,Завидую костям соратника иль друга.

"Храбрый партизан Денис Васильевич Давыдов 1812"

Постоянно маневрируя и нападая, отряд Давыдова не давал покоя наполеоновской армии. Только в период с 2 сентября по 23 октября он пленил около 3 600 вражеских солдат и офицеров. Наполеон ненавидел Давыдова и приказал при аресте расстрелять его на месте. Французский губернатор Вязьмы направил для его поимки один из лучших своих отрядов в две тысячи всадников при восьми обер-офицерах и одном штаб-офицере. Давыдов, у которого было в два раза меньше людей, сумел загнать отряд в ловушку и взять в плен вместе со всеми офицерами.

О милый друг, оставь угадывать другихПредмет, сомнительный для них,Тех песней пламенных, в которых, восхищенный,Я прославлял любовь, любовью распаленный!Пусть ищут, для кого я в лиру ударял,Когда поэтов в хореРоссийской ТерпсихореВосторги посвящал!Но ты не в заблужденья,Кого в воображеньяЯ розами венчал,Чьи длинные ресницыЗвук стройныя цевницыПотомству предавал!И мне ли огнь желаньяВ других воспламенять,Мне ль нового искатьВ любви очарованья?Я страстен лишь тобой!..Под именем другойТебя лишь славят струны,И для тебя однойБросаю в вражий стройРазящие перуны!Восторгом упоен,Века предупреждаюИ, миртом осенен,Бессмертие вкушаю.

При отступлении французской армии Давыдов, совместно с другими партизанами продолжил преследование неприятеля. Отряд Давыдова вместе с отрядами Орлова-Денисова, Фигнера и Сеславина разгромил и пленил под Ляховым двухтысячную бригаду генерала Ожеро. Преследуя отступавшего врага, Давыдов разбил под г.Копысь трёхтысячное кавалерийское депо, рассеял большой французский отряд под Белыничами и, дойдя до Немана, занял Гродно. За кампанию 1812 года Давыдов был награждён орденами Св.Владимира 3-й степени и Св.Георгия 4-й степени.

Поведай подвиги усатого героя,О муза, расскажи, как Кульнев воевал,Как он среди снегов в рубашке кочевалИ в финском колпаке являлся среди боя.Пускай услышит светПричуды Кульнева и гром его побед.

Румяный Левенгёльм на бой приготовлялсяИ, завязав жабо, прическу поправлял,Ниландский полк его на клячах выезжал,За ним и корпус весь Клингспора пресмыкался;О храбрые враги, куда стремитесь вы?Отвага, говорят, ничто без головы.

Наш Кульнев до зари, как сокол, встрепенулся;Он воинов своих ко славе торопил:"Вставайте,- говорит,- вставайте, я проснулся!С охотниками в бой! Бог храбрости и сил!По чарке, да на конь, без холи и затеев;Чем ближе, тем видней, тем легче бить злодеев!"Всё вмиг воспрянуло, всё двинулось вперед...О муза, расскажи торжественный поход!

Во время Заграничного похода русской армии Давыдов отличился в сражениях при Калише и Ла-Ротьере, вступив с передовым отрядом в Саксонию, захватил Дрезден. За героизм, проявленный Давыдовым при штурме Парижа, ему было присвоено звание генерал-майора. Слава о храбром русском герое гремела по всей Европе. Когда русские войска входили в какой-нибудь город, то все жители выходили на улицу и спрашивали о нём, чтобы его увидеть.

После войны Денис Давыдов продолжил службу в армии. Писал стихи и военно-исторические мемуары, переписывался с известнейшими писателями своей эпохи. Участвовал в Русско-Персидской войне 1826-1828 гг. и в подавлении Польского восстания 1830-1831гг. Был женат на Софье Николаевне Чирковой, от которой имел 9 детей. Последние годы жизни Д. В. Давыдов провел в принадлежавшем жене селе Верхняя Маза, где и скончался 22 апреля 1839 года на 55-м году жизни от апоплексического удара. Прах поэта был перевезен в Москву и погребен на кладбище Новодевичьего монастыря.

0 просмотров0 комментариев

slavyanskaya-kultura.ru