Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 2

Notice: Use of undefined constant DOCUMENT_ROOT - assumed 'DOCUMENT_ROOT' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 5

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 5

Notice: Use of undefined constant DOCUMENT_ROOT - assumed 'DOCUMENT_ROOT' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 11

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 11

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Undefined variable: flag in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Undefined variable: adsense7 in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 39

Notice: Undefined variable: adsense6 in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 40
Анты венеды склавины. Расселение славян в первой и второй трети VI века (до аварского вторжения) Анты и склавины

Славянские племена начала эры. I–VIII вв. Анты венеды склавины


Славянские племена начала эры. I–VIII вв.

Славянские племена начала эры. I–VIII вв.

Во время зарождения Руси человечество населяло землю крайне неравномерно. Народы, жившие в разных географических условиях (степи, горы, берега озер и морей), были носителями разных культур, своего способа жизни, создававших условия для экономического и культурного обмена на основе того ландшафта, который их кормил. У каждого народа был свой способ ведения хозяйства, свои товары, годные для обмена с соседями. В истории человечества постоянно происходили смешение и взаимопроникновение разных этносов во время миграций народов, вызванных различными причинами.

С течением времени отдельные этносы исчезали и в ходе исторического процесса появлялись новые. Вся история человечества состоит из череды подобных изменений. Любой этнос имеет предков и иногда несколько. Например, предками русских были и древние славяне, и местные финно-угорские племена, и кочевники, приходившие волна за волной с Востока, вступавшие в контакт со славянским населением лесостепной полосы и сменявшие друг друга в Причерноморских степях, и выходцы из Литвы, из Прибалтийских славянских племен, и вторгавшиеся с запада кальты и германцы, и представители балканских народов.

Академик Шахматов считал, что древние славяне зародились в верхнем течении Вислы, на берегах Тисы и на склонах Карпат. К локализации в этом районе прародины славян склоняется большинство традиционных историков.

Их соседями с запада были германские племена, на северо-востоке – так называемые балты (литовцы, латыши, прусы и ятвяги), населявшие восточное побережье Балтики с времен ухода ледника. Еще дальше жили финские племена (суоми, эсты, чудь белоглазая). Дальше жили зыряне, чудь заволодская и другие.

Во время великого переселения народов славяне расселились к западу, северу и югу до берегов Балтийского, Адриатического и Эгейского морей.

Отличительной чертой славян, отмеченной многими античными авторами, являлась значительная подвижность населения, в течение одного столетия занимавшего территории, сопоставимые с иными материками.

Многие славянские племена (которых древние историки разделяли на венедов, склавинов и антов), а именно они могли быть носителями общеславянского языка, в начале I тысячелетия н. э., судя по данным истории и археологии, расселились по всей Европе, повсеместно разнеся свои названия рек, урочищ и поселений. Ни в Восточной, ни в Центральной Европе нет области, где ни была бы представлена славянская топонимика, но к ней всегда есть та или иная позднейшая примесь.

Из общего массива славянских племен в первые века нашей эры выделяют южную группу, состоящую из западной ветви – склавинов и восточной ветви – антов, и северную группу, представленную венедами.

Готский историк Иордан повествует, что «от истока реки Вистулы (Вислы) на огромных пространствах обитает многочисленное племя венетов. Хотя теперь их названия меняются в зависимости от различных родов и мест обитания, преимущественно они все же называются склавинами и антами».

В I веке н. э. в степях от Праги до Житомира проживали склавины, между Днестром и Днепром – анты. Историки склоняются к мнению, что анты и склавины – всего лишь различные названия славян, данные им при расселении новыми соседями, а сами славяне себя так не называли.

Иордан отмечает, что венеды, анты и склавины родственны и произошли от одного корня.

Иордан фиксирует область расселения «многолюдного племени (natio populosa) венетов», подчеркивая обширность занятых ими в бассейне Вислы пространств (immensa spatia), протянувшихся от ее истоков и Карпатских предгорий к востоку и к северу до балтийского побережья.

Венеты у древних хронистов оказываются обитателями то Прибалтики, то Нижнего Подунавья, то они «бродят» где-то между этими землями. В Европе существовало еще несколько народов, носящих это же имя. Прежде всего это венеты на Адриатическом побережье и в долине реки По. Они были союзниками римлян в борьбе против галлов в IV в. до н. э. и против Ганнибала в Пунических войнах. С 49 г. до н. э. они – граждане Рима. При императоре Августе здесь образована провинция «Венетия и Истрия» со столицей в Аквилее в границах созданной здесь еще в 181 г. до н. э. римской колонии. В Аквилее начинался знаменитый янтарный путь в Прибалтику.

Провинция Венето и город Венеция в Италии существуют и до сих пор. С «кельтским» племенем венетов пришлось столкнуться Юлию Цезарю при завоевании Галлии, они обитали где-то на северо-западном побережье и, в отличие от прочих галлов, были мореходами, знали парус. Часть их в середине I в. до н. э. переселилась, как предполагают, в Британию.

Византийский историк Прокопий Кесарийский пишет: «Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве (демократии), и поэтому у них счастье и несчастье в жизни считается общим делом. И во всем остальном у обоих этих варварских племен вся жизнь и законы одинаковы… И по внешнему виду они не отличаются друг от друга. Они очень высокого роста и огромной силы. Цвет кожи и волос у них очень белый или золотистый и не совсем черный, но все они темно-красные… И некогда даже имя у славян и антов было одно и то же. В древности оба эти племени назывались спорами («рассеянными»), думаю потому, что они жили, занимая страну «спораден», «рассеянно», отдельными поселками. Поэтому-то им и земли надо занимать много».

Прокопий Кесарийский определяет склавенов и антов, как «единый народ». Анты и склавены, очевидно, представляли собой отдельные крупные племенные союзы, не вполне консолидированные, но способные вести согласованную внешнюю политику и объединяться при внешней угрозе.

В результате набегов сарматов в середине I в. н. э. славянское население испытало сильное давление кочевников и, спасаясь от напасти, вынуждено было бежать на север вверх по Днепру и на запад на Волынь.

В начале II в. н. э. улеглись потрясения, связанные с продвижением к западу от Днепра сарматов, и одновременно прочно установились рубежи Римской империи.

Рис. 23. Территория славянских племен. VI в.

В низовьях Дуная и его левого притока реки Прут восточно-славянский мир практически сомкнулся с провинциями Империи. А на равнинах Северного Причерноморья не проявляли враждебности всегдашние в этих местах степные кочевники. Скифы тихо доживали в своих городищах некогда славную историю, а сарматы, быстро поняв выгоды нового положения, частью продвинулись в центр Европы, а частью занялись мирным скотоводством в степях между Днепром и Днестром. Таким образом здесь установился определенный баланс племен, который был опрокинут лишь позднее нашествием готов, продвижение которых на юг Восточной Европы еще не достигло этого региона.

Так складывалась уникальная возможность для юга Восточной Европы в установлении устойчивых торговых отношений между экспортерами хлеба бассейнов Днестра и Днепра и южными импортерами предметов античного искусства и материальной культуры Эллады и Апеннин. Торговые контакты с городами Черноморья обеспечивали поступление к славянам значительного потока античных украшений, керамики и монет. Экономические и торговые условия развития и ведения хозяйства на территории черняховской культуры были настолько выгодны, что различные этнические группы Восточной Европы охотнее занялись мирным созиданием, нежели войной и попытками вытеснения соседей.

Во II в. н. э. продолжались процессы продвижения западно-славянских народов на восток Европы, и их этническое начало, безусловно, влилось в состав населения Среднего Поднепровья. Одновременно шёл процесс взаимного проникновения славянского и северного балто-славянского населения.

Но в конце II в. н. э. славянское население по Висле, на западе Волыни и Подолии в значительной степени оказалось вытесненным или погибло, в связи с массированным продвижением многочисленных племен готов из районов Нижней Вислы, носившим затяжной характер. Это не затронуло только славянские племена в бассейне Верхнего Днестра.

В начале III века готы миновали предгорья Карпат и хлынули в степи Причерноморья, глубоко проникнув в славянские земли. Готы под руководством царя Филимера дошли до устья Дона, овладели Танаисом, разграбили Боспорское царство, уничтожили скифское царство в Крыму. К готам в их борьбе с сарматами на первых порах присоединились и славяне. Гото-славянское государство Остроготия захватило все Черноморские степи от Дона до Дуная. Готы стали хозяевами всей юго-восточной Европы. Подробнее об истории готов см. в главе «Готы. II–IV век».

Ко времени готского продвижения вдоль Вислы на юг относится массовая миграция славян избассейна Вислы и Висло-Одерского междуречья в области среднего Дуная и Эльбы в III–IV вв. Жившие там ранние славяне Среднего Подунавья, судя прежде всего по керамике, принадлежали к той же группировке. В IV–V вв. носители пшеворской культуры пересекают Карпаты и расселяются в бассейне верхней Тисы. В Моравии и соседних с ней дунайских землях славяне расселяются в VI в. Гипотеза о заселении славянами Балканского полуострова двумя потоками недавно получила надежное подкрепление в этнографических, лингвистических и археологических материалах, позволившее определенно говорить о двух этапах славянского расселения. Первый поток первоначального заселения охватил значительную часть южнославянских земель. Второй поток ассимилировал или вытеснил на окраины более раннее славянское население.

В VI–VII вв. славяне начали широко осваивать пространство Восточноевропейской равнины. К этому времени принадлежат наиболее ранние длинные курганы в Псковской земле и сопки в Приильменье. Поселения, синхронные этим памятникам, пока не исследованы. Пока дискуссионным остается вопрос о происхождении ильменских словен. Некоторые склоняются к мысли о приходе славян в Новгородскую землю с запада от Вислы, другие – с Дуная. Наиболее реальной представляется версия о заселении Приильменья и с Дуная, и со стороны Вислы в более поздние времена, а первоначальное освоение славянами этой территории происходило с Волго-Донско-Кубанских земель. (Подробнее см. главу «Приильменье. Русы и Русь. VII–VIII в.»)

В то же время сформировавшаяся в междуречье Днестра и Днепра славянская племенная группировка антов уже в VI в. осваивает значительные территории и расселяется в юго-западном направлении вплоть до придунайских земель Болгарии. По Иордану анты занимали пространство «от Данастра до Данапра». Очевидно, эти данные относятся к ранней поре расселения антов. Византийский историк Прокопий Кесарийский (середина VI в.) сообщает уже о более широком ареале антов. Согласно сведениям этого автора анты обитали между Дунаем и утигурами, жившими по побережью Меотийского озера. Археологически анты известны также в Днепровском лесостепном левобережье – в среднем течении Сулы, Пела и Ворсклы, Черниговском Подесенье и в Курском Посеймье. Проникали славяне в это время и в районы, входящие в бассейн Северского Донца.

В 370 г. н. э. из-за Волги нагрянули гунны. Последствия вторжения гуннов на юг Восточной Европы были таковы, что практически в одночасье пресеклись археологические культуры восточных славян – киевская и её северо-восточная соседка колочинская культура, имевшая в своей основе балто-славянское население, черняховская и даже западно-славянская пшеворская культуры. Кроме того, в начавшейся на востоке Европы сумятице погибли давние балто-славянские культуры лесной полосы запада России.

Одними из первых жертв вторжения гуннов явились населявшие долину Дона и Кубани аланы, частью гуннами перебитые или бежавшие в горы Кавказа, а частью увлеченные гуннами в дальнейший поход на запад. Государство аланов Алания и государство донецких русов Русколань были разгромлены.

Теми, кто принял на себя основную тяжесть удара дикой гуннской степной стихии, оказались восточные готы Северного Причерноморья. Король восточных готов Ермених (Германарих) был не в силах противостоять гуннам, и вскоре готы оказались отброшенными к нижнему течению Днестра, где вновь были настигнуты и разгромлены гуннами. (Подробнее о гуннах см. в главе «Гунны. IV–V век».)

Нашествие гуннов не только губительно повлияло на развитие экономических и торговых отношений славянского мира центра и востока Европы, но и уничтожило древние города-государства греков на севере Черного моря и Боспорское царство.

С уходом основной массы гуннов на запад, разгромом ими Римской империи и последующим упадком гуннского владычества, в V в. продолжилась эпоха «великих переселений народов», суть которой свелась к занятию германскими народами возделанных, изобилующих дорогами и благоустроенными городами земель современных Италии, Франции, Испании, Британии. Славяне же заняли значительные территории центра Европы и Балкан, вплоть до полуострова Пелопоннес на юге. Начиналась новая эпоха в истории Евразии – эпоха Средних веков.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Расселение славян в первой и второй трети VI века (до аварского вторжения) Анты и склавины

Древние славяне на карте мира 500 года

Византийские писатели VI веказнали два крупных славянских народа — антов и склавин, при этом замечая, что названиевенедывытесняется первыми двумя. Готский историкИордан[5]отмечает, чтовенеды,антыисклавиныродственны и произошли от одного корня. Из его сообщений видно, что склавины представляли собой западную группу южной ветвиславян, анты — восточную группу, а венеды — северную ветвь. Область расселения склавинов по Иордану простиралась от города Новиетуна (Исакчана нижнемДунаеили Новиодун наСаве) и Мурсианского озера[6]доДнестраи Вислы. Анты локализовались Иорданом отДнестрадо устьяДнепра, насколько далеко их земли заходят на север Иордан не знал. Областью распространения венедов Иордан считал «безмерные просторы» от истоковВислыи предгорийКарпатк востоку и северу.

Прокопий Кесарийскийотмечает, что «у обоих этих варварских племен вся жизнь и законы одинаковы»[7], в «Стратегиконе» Псевдо-Маврикия говорится, что анты и склавины «ведут одинаковый образ жизни, у них одни нравы»[8]. В то же время при всём сходстве византийцы по неизвестным причинам различали два народа и даже их представителей на службе империи.

По данным археологии различия антов (носители пеньковской культуры) и склавин (пражско-корчакской) были невелики и касались в основном погребального обряда и женской одежды. Возможно существовали различия в диалекте— анты могли заимствовать большое числоиранизмовот автохтонногоскифо-сарматскогонаселения северного причерноморья. Имена многих локальныхвосточнославянскихбогов (Хорс,Симаргл), да и сам этнонимантыимеет иранское происхождение. Кроме того, анты и склавины, очевидно, представляли собой отдельные крупные племенные союзы, не вполне консолидированные, но способные вести согласованную внешнюю политику — известны посольства к антам Византии, к склавинам авар и антские посольства каварам.

Общественный строй антов

Анты обычно называются этноплеменной группировкой славян, однако современники не видели этнических различий между венедами, склавинами и антами. Одни историки склоняются к мнению, что эти «народы» — всего лишь различные названия славян, данные им при расселении новыми соседями, а сами славяне себя так не называли. Другие склонны видеть в антах союз племен и даже зарождающееся государство.

Возникновение союза

Возникновение этого союза, если доверять сведениям Иорданао князеБоже, произошло ещё до IV века. Историки ссылаются, в частности, на упоминание антов в керченской надписи III века, доказывая этот тезис. Скорее всего, этот союз возник под влиянием контактов славян сготами,скифамиифракийцамив ареалечерняховской культуры. Однако,гуннскоенашествие, приведшее к упадку данной культуры, затормозило развитие антов, поставив их под влияние или даже под власть гуннов вплоть до середины V века.

Состав и территория союза

Иорданпишет о славянах в середине VI века:

«Хотя их наименования теперь меняются соответственно различным родам и местностям, все же преимущественно они называются склавенами и антами».

Таким образом, анты объединяли под своим именем ряд родоплеменных групп. О разделении славян на отдельные племена также говорят Географ Баварский,ал-Масудии «Повесть временных лет». Русская летопись подтверждает сведения Иордана:

«От тех славян разошлись славяне по земле и прозвались именами своими от мест, на которых сели».

В «Повести» имеется и указание на существование союза между восточнославянскими племенами во времена легендарного князя Кия:

«И жили между собою в мире поляне, древляне, северяне, радимичи, вятичи и хорваты. Дулебы же жили по Бугу, где ныне волыняне, а уличи и тиверцы сидели по Днестру и возле Дуная».

Возможно, некоторые из перечисленных племен IX века формировались уже в антскую эпоху, так как из византийских источников известно, что в VII—VIII веках Балканызаселяли такие племена как драговиты, северы, смоляне и хорваты, известные также среди восточных славян. Из других источников нам известно о раннем существовании племенполянидулебов. В целом, в эпоху высокой подвижности славян говорить о постоянном составе союза затруднительно. Анты имели понятие о собственной территории, которую они заселяли, а также они старались расселиться на другие территории и поставить их под свой контроль. Одним из направлений экспансии были дунайские земли иФракия. Представления о подконтрольной территории закреплялись договорами сВизантией:

«Император Юстиниан отрядил к этим варварам послов, предлагая им всем поселиться на месте древнего города Туррис. Юстиниан обещал подарить им город и окружающую землю, всячески способствовать их расселению и заплатить им большие деньги за то, чтобы они на будущее стали его союзниками и всегда были бы заслоном для гуннов, жаждущих разорять державу ромеев».

studfiles.net

Венеты, склавены, анты. «свои» и «чужие»

Наиболее ясно представления о происхождении славян изложил готский историк VI в. Иордан. Земли, где живут славяне и другие народы, он в соответствии с античной традицией именует Скифией. «От истока реки Вистулы (Вислы. — В. П., Д. Р.) на огромных пространствах обитает многочисленное племя венетов. Хотя теперь их названия меняются в зависимости от различных родов и мест обитания, преимущественно они все же называются склавенами и антами». Склавены живут к западу от Днестра вплоть до Вислы на севере, «анты же, самые могущественные из них, — от Днестра до Днепра, там, где Понтийское море делает дугу» [Свод, т. 1, 106—109; см. также хрестоматию в Приложении]. Казалось бы, Иордан дает готовую схему славянского этногенеза: склавенами, или склавинами, средневековые авторы — и греческие и латинские — называли славян, анты в источниках VI — начала VII в. также считались объединением славянских племен, и оба этих племенных союза составляют объединение венетов, известное где-то на Висле с античных времен — времен Плиния и Тацита, т. е. с начала н. э. Плиний и Тацит помещают венетов (или венедов) среди прочих народов края ойкумены, между которыми им были хорошо знакомы сарматы — наследники скифов в степях Европы — и германцы. Тацит свидетельствует о том, что по образу жизни венеты «скорее должны быть отнесены к германцам, поскольку и дома строят, и носят большие щиты, и имеют преимущество в тренированности и быстроте пехоты — это все отличает их от сарматов, живущих в повозке и на коне» [Свод, т. 1, 39]. Из этого можно заключить, что венеты представляли собой особую этническую общность — предков славян: к такому очевидному, на первый взгляд, заключению и пришла отечественная историография уже в эпоху становления исторической науки, начиная с М. В. Ломоносова, который писал о «дальной древности славенского народа», хотя и замечал, что само «имя славенское поздно достигло внешних писателей, и едва прежде Юстиниана великого», правившего в VI в. [Ломоносов 2003, 34]. Но тот же Ломоносов заметил, что этноним венеты в античной традиции относился не только к жителям бассейна Вислы: ранее он прилагался к жителям совершенно иного — Италийского — региона. Действительно, имя венеты, венеды, энеты и т. п. восходит ко временам Гомера и оказывается в античной традиции в целом столь же условным, сколь условными стали имена скифов и сарматов, обозначавших в позднеантичной и средневековой традиции разных жителей Восточной Европы. Можно лишь заключить, что этот традиционный для античной историографии этникон относился к народам, обитавшим к северу, за пределами собственно «античного» греко-римского мира. В период великой греческой колонизации так называлось италийское племя на Адриатике, от которого сохранилось название города Венеция1; к тому же этникону восходит и название Вены — римской Виндобоны, известное уже 1 в. н. э., когда римские легионы продвинулись на кельтские земли: там была создана провинция Норик, в VI в. заселенная славянами (о чем еще пойдет речь ниже). Венетами при Цезаре называли и кельтское население Бретани, а в III в. т. н. Певтингерова карта размещает венедов и венедов-сарматов к северу от Дуная (ср. [Подосинов 2002, 321—330] и обзор источников в кн.: [Милюков 1993, 229—239], где автор все же настаивает на славянстве античных венетов) — этникон венеты стал «отодвигаться» к северу вместе с границами Римской империи. Крайние ареалы, где сосредоточиваются топонимы с основой вен-, вент-, отмечаются на Адриатике и в Прибалтике: таковы река Вента и г. Вентспилс на полуострове Курземе; еще Клавдий Птолемей называл Венетским залив «Сарматского океана» (Балтийского моря), а венды — жители Курземе — упоминаются в Ливонской хронике Генриха Латвийского (XIII в.). Эти ареалы располагались на крайних точках Янтарного пути, соединявшего в I в. н. э. Прибалтику и Рим: исследователи предполагают, что этникон венеты мог быть занесен в Прибалтику торговцами янтарем [ср. Щукин 1994, 224—227]. Дело здесь не просто в «механическом» перенесении знакомых названий на незнакомые народы — таков был научный метод древних и средневековых авторов: благодаря этому методу новые явления включались в традиционную картину мира, систематизировались и усваивались древней и средневековой цивилизацией. Можно считать образцом научной добросовестности античного историка ремарку Тацита о том, что он затрудняется отнести венетов к германцам или сарматам. Но образцом научного подхода следует признать и заключение Иордана: когда в VI в. на Дунае, на границах цивилизованного мира, появились собственно славяне (склавины и анты), также не относящиеся ни к германцам, ни к сарматам, историк, знакомый с античной традицией, мог с полным основанием соотнести их с венетами. Этой добросовестной, но архаичной традиции следуют и многие современные авторы, готовые усматривать не только славян в венетах, но исходя из этого отыскивать более древние связи, в частности, между предками славян — праславянами — и италийцами и т. д. вплоть до индоевропейской эпохи. Стало быть, в исследовании славянского этногенеза не обойтись без поисков методических ограничений в использовании источников, прежде всего источников исторических, ибо лингвистические и археологические материалы дают меньше возможностей для таких ограничений. Данные языка не поддаются абсолютной датировке, особенно когда речь идет о реконструкции праязыка; тем более мы не можем сказать определенно, когда возник тот или иной этноним. Данные археологии, дающие возможность для абсолютных датировок, как правило, «немы» — трудно сказать, на каком языке говорили носители той или иной археологической культуры, если у нас нет синхронных данных исторических источников (ср. из новейших гипотез об этногенезе славян: [Трубачев 2002], с опорой на данные лингвистики, [Седов 2002], с опорой на данные археологии). Венеты Тацита или даже скифы (в более архаичных концепциях славянского этногенеза, свойственных уже позднесредневековым европейским и древнерусским книжникам — ср. Степенную книгу XVI в., «украинскую» Густынскую летопись XVII в., «Повесть о Словене и Русе» — потомках Скифа и т. д., ср. [Мыльников 1996]) могут оказаться только «стартом» для реконструкции праславянской общности на Висле, Дунае или на Днепре. Современные историки и этнологи считают, что говорить о сложении той или иной этнической общности можно тогда, когда у этой общности появляется самоназвание. Именно самоназвание является эксплицитно выраженным свидетельством возникновения этнического самосознания — сознания принадлежности к одному народу. Славяне не называли себя венетами (о единственном возможном исключении — вятичах — см. ниже) — это название, начиная с Иордана, было дано им извне: так, возможно, под влиянием античной традиции, их называли германцы, а уже под влиянием германцев — прибалтийские финны. Более того, в собственно славянской — русской фольклорной традиции слова, производные от слова венеды, обозначали чужую далекую землю, вроде Веденецкой земли в русских былинах (ср. веньдици русской летописи и т.п. — [Иванов, Топоров 2000, 420—422]). Самоназванием славян, известным всем славянским группам, был этноним словене — его и передали авторы VI в. в грецизированной форме склавины/склавены, когда славяне вышли на Дунай, к границам Византии. К первой половине VI в. относятся сведения о славянах греческого историка Прокопия Кесарийского, писавшего о войнах, которые вели «гунны, склавины и анты», обретающиеся за рекой Истр — Дунай ([Свод. Т. 1, 177]: о событиях 537 г.).

Появление самоназвания как показатель сложившегося самосознания этноса всегда предполагает и осознание иноэтничного и инокультурного — «чужого» — окружения; самоназвание не только выделяет собственный «свой» народ, но и противопоставляет его другим народам. Характерен в этом отношении сам этноним словене, означающий людей, владеющих словом, членораздельной речью [Иванов, Топоров 2000]2. Речь «чужих» народов считалась непонятной, нечленораздельной и у греков, эллинов, противопоставлявших себя «варварам», чей говор был для них невнятным бормотанием. У славян обозначением чужих народов (прежде всего жителей Европы) служил этноним немцы — их чужая речь была равнозначна немоте. Можно предположить, опираясь на противопоставление словене — немцы, что самоназвание славян сформировалось до их появления на Дунае в период тесных контактов с готами и другими германцами, продвигавшимися из Повисленья к Северному Причерноморью и на Балканы, на Днепр и тот же Дунай в III в. н. э.: конечно, язык германцев не был в буквальном смысле «немым» для славян, недаром в их древнем общем языке — праславянском — есть много готских заимствований, в том числе относящихся к важнейшим достижениям культуры: хлеб, плуг, меч, шлем и др. И хотя первое столкновение с германцами в эпоху Великого переселения народов, готского продвижения на юг могло способствовать возникновению этнонима немцы, остается неясным, применялся ли он первоначально только к германцам, или ко всем «чужим». Другой этникон, которым именовали славяне «чужих», — чудь, что и означало собственно 'чужой'. Так могли называть мифических великанов, допотопных обитателей земли, с которыми часто ассоциировались враждебные племена (у славян — авары, о чем см. ниже), в Начальной же русской летописи этим общим названием именовались неславянские народы, платившие дань Русскому государству, прежде всего — финно-угорские народы. Это наименование прочно удержалось в русской фольклорной традиции: в былине «Как Добрыня чудь покорил», вошедшей в «Сборник Кирши Данилова», самое раннее собрание фольклорных текстов (XVIII в.), говорится о том, как богатырь «вырубил чудь белоглазую, прекротил сорочину долгополую, а и тех черкас петигорскиех, и тех калмыков с татарами» — вплоть до чукчей и алюторцев, жителей Чукотки. Эта фольклорная традиция обнаруживает тот же механизм, что и раннеисторическая книжная (в нашем изложении — латинская, свидетельствующая о венетах), — условное племенное название, этникон, переносится на новые народы по мере расселения или государственного освоения новых территорий. Интересно, что в преданиях Русского Севера покоренная чудь ушла под землю — исчезновение автохтонного народа воспроизводит таким образом инвертированный этногенетический миф (см. об имени чудь и т. п. — [Агеева 1990, 86 и сл.]). Но продуктивность самого этникона не означает еще его праславянской древности, «исходного» противопоставления словен чуди. Конечно, «иным» народом были для древних славян греки, носители той цивилизации, к богатствам которой так стремились сами славяне и иные «варвары» в эпоху Великого переселения народов. Это противопоставление как бы диктовалось самими греками — архаичное противопоставление эллинов и ромеев варварам давало себя знать на протяжении всей средневековой эпохи, а «национальное» самосознание южного славянства и в XIV—XV вв. обостренно воспринимало «национальное высокомерие» греков (ср. [Милюков 1993, 42—43]). Но у древних славян (праславян), видимо, не было общего наименования для греков, тем более что сами жители Византийской империи именовали себя «ромеями» — римлянами. Может быть, этому этникону — обозначению жителей Ромейской империи — и соответствовал в праславянский период этноним волохи/влахи, как обозначались в общеславянской средневековой традиции все романские народы, от итальянцев до румын (валахов) (ср. [Королюк 1985, 161 и сл.]), но в исторический период (с IX в.) славяне называли волохами наследников Западной Римской империи — франков (см. ниже).

Существенно при этом, что во всех славянских языках и в фольклоре сохранилось название естественного рубежа и государственной границы Римской империи и Византии — имя реки Дунай. Показательно, что само это слово было заимствовано славянами у готов, и заимствование это не было случайным, ибо и для готов Дунай являл собой не только границу цивилизации, но, возможно, обозначал и вожделенную полумифическую страну изобилия, Ойум, описанный уже упомянутым готским историком Иорданом. В эту страну, как рассказывали готы, вел мост, переброшенный через реку, лишь половина готов смогла пройти по этому мосту, когда он обрушился, и Ойум стал недоступен для людей. Предания о чудесной реке, отделяющей волшебную страну от прочего мира, характерны для Средних веков; само название Ойум сближается с наименованием райской земли в славянской традиции — Вырей [Топоров 1984]. Представление о Дунае как границе par excellence не только между «Славией» и Византией, но и между своим и чужим миром было существеннейшей константой общеславянской культуры [Нидерле 1956, 46 и сл.]. Эта граница была зафиксирована первыми известиями о славянах: «гунны, склавины и анты... обретаются за рекой Истром, недалеко от тамошнего берега», — писал Прокопий Кесарийский [История, V, 27, 2]. Прокопию вторит автор стихотворной «Франкской космографии» VII в.: «Данубий... дает пастбища склавам, протекает среди хунов и объединяет винидов» [Свод. Т. II, 399]. Здесь также употребляются архаичные этниконы: гунны в это время сошли с исторической сцены, но их именем еще долго называли европейские авторы прочих кочевников, появлявшихся на Дунае, в том числе и аваров. Виниды франкского автора — явная трансформация древнего этникона венеты; интересно, что у Прокопия упомянуты не венеты, а анты — название, относимое к юго-восточной группировке славян, но имеющее неславянское (иранское или тюркское) происхождение, как и этникон венеты. Очевидно, в винидах и антах франкского и византийского источников следует видеть обозначение каких-то маргинальных, пограничных групп славян: предполагаемая этимология имени анты связывает этот этникон с древнеиндийскими и другими словами, обозначающими 'край, конец' [Трубачев 1999, 54—55]. Как уже говорилось, немцы называли вендами славян, прежде всего — лужицких сербов и балтийских славян в Средние века: судя по всему, степняки называли соседящих с ними славян антами, германцы — венедами, а византийцы использовали самоназвание склавины [ср. Грушевский 1994, 173—175], т. е. имена венеды и анты были экзоэтнонимами.

1Это средневековое построение дало жизнь и преднаучным «историческим» реконструкциям XVI—XVII вв., углубляющим историю славянства (венетов/энетов) вплоть до времен Троянской войны и усматривающим в славянах основателей Венеции (см. [Мыльников 1996, 88]). 2Поиски начала славянской истории до VI в. приводят к гипотезе об их «анонимности» — отсутствии самоназвания (ибо венеты — это «экзоэтно- ним») или использовании (вплоть до ХХ в.) архаичных самоназваний типа свои, 'местный — тутейший' (ср. [Милюков 1993, 235, 324; Трубачев 2002, 179 и сл.]).

historylib.org

Ответы@Mail.Ru: Кто такие склавины?

Византийские писатели VI века знали два крупных славянских народа — антов и склавин, при этом замечая, что название венеды вытесняется первыми двумя. Готский историк Иордан отмечает, что венеды, анты и склавины родственны и произошли от одного корня. Из его сообщений видно, что склавины представляли собой западную группу южной ветви славян, анты — восточную группу, а венеды — северную ветвь. Область расселения склавинов по Иордану простиралась от города Новиетуна (Исакча на нижнем Дунае или Новиодун на Саве) и Мурсианского озера до Днестра и Вислы. Анты локализовались Иорданом от Днестра до устья Днепра, насколько далеко их земли заходят на север Иордан не знал. Областью распространения венедов Иордан считал «безмерные просторы» от истоков Вислы и предгорий Карпат к востоку и северу.

Византийские писатели VI века знали два крупных славянских народа — антов и склавин, при этом замечая, что название венеды вытесняется первыми двумя. Готский историк Иордан [5] отмечает, что венеды, анты и склавины родственны и произошли от одного корня. Из его сообщений видно, что склавины представляли собой западную группу южной ветви славян, анты — восточную группу, а венеды — северную ветвь. Область расселения склавинов по Иордану простиралась от города Новиетуна (Исакча на нижнем Дунае или Новиодун на Саве) и Мурсианского озера [6] до Днестра и Вислы. Анты локализовались Иорданом от Днестра до устья Днепра, насколько далеко их земли заходят на север Иордан не знал. Областью распространения венедов Иордан считал «безмерные просторы» от истоков Вислы и предгорий Карпат к востоку и северу. Прокопий Кесарийский отмечает, что «у обоих этих варварских племен вся жизнь и законы одинаковы» [7], в «Стратегиконе» Псевдо-Маврикия говорится, что анты и склавины «ведут одинаковый образ жизни, у них одни нравы» [8]. В то же время при всём сходстве византийцы по неизвестным причинам различали два народа и даже их представителей на службе империи. По данным археологии различия антов (носители пеньковской культуры) и склавин (пражско-корчакской) были невелики и касались в основном погребального обряда и женской одежды. Возможно существовали различия в диалекте — анты могли заимствовать большое число иранизмов от автохтонного скифо-сарматского населения северного причерноморья. Имена многих локальных восточнославянских богов (Хорс, Симаргл) , да и сам этноним анты имеет иранское происхождение. Кроме того, анты и склавины, очевидно, представляли собой отдельные крупные племенные союзы, не вполне консолидированные, но способные вести согласованную внешнюю политику — известны посольства к антам Византии, к склавинам авар и антские посольства к аварам.

Представители западной группы славян

Склавины, склавяне это названия славян-русов. Рус - родовое управление славян. Русь - родовой уклад страны у славян.

touch.otvet.mail.ru