Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 2

Notice: Use of undefined constant DOCUMENT_ROOT - assumed 'DOCUMENT_ROOT' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 5

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 5

Notice: Use of undefined constant DOCUMENT_ROOT - assumed 'DOCUMENT_ROOT' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 11

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 11

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Undefined variable: flag in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 28

Notice: Undefined variable: adsense7 in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 39

Notice: Undefined variable: adsense6 in /var/www/www-root/data/www/ppt-history.ru/index.php on line 40
Политеизм это в древней руси. Гальковский - Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси 1913 (Харьковская Епархия).

Язычество Древней Руси и его роль в русской культуре (стр. 1 из 2). Политеизм это в древней руси


Рыбаков Б.А. Язычество древней Руси.

Язычество древней Руси.

Рыбаков Борис Александрович.

Предисловие

Эта книга является прямым продолжением, как бы вторым томом, моего исследования "Язычество древних славян", вышедшего в 1981 г. В первой книге автора интересовали прежде всего глубокие корни тех народных религиозных представлений, которые охватываются неопределённым термином "язычество".

При выяснении этих корней и глубины народной памяти приходилось широко пользоваться не только отрывочными сведениями об археологических реалиях древности, но и данными народного искусства и фольклора XIX в. и средневековыми поучениями против язычества, написанными в XI-XIII вв. Эти экскурсы в более поздние эпохи служили только одной цели - помочь выяснению первичных форм мифологии, её истоков и, насколько это было возможно, определению времени возникновения тех или иных религиозно-мифологических представлений. Углубление в палеолит или энеолит не являлось самоцелью и отнюдь не означало полной и всесторонней обрисовки представлений этих эпох. Автору важно было показать, что элементы мировоззрения глубочайшей древности сохранились в крестьянской среде России вплоть до XIX, а кое в чем и до начала XX в. Это давало право широко использовать такой драгоценный материал, как этнографический, для всех промежуточных эпох.

Данный, второй, том посвящен, во-первых, анализу восточнославянского язычества на протяжении всего I тысячелетия нашей эры вплоть до встречи с христианством; во-вторых, здесь будет рассмотрен сложный симбиоз древней народной религии с привнесенным извне христианством.

Последняя стадия развития родоплеменного строя у восточных славян дала много нового в сфере идеологических представлений. Киевская Русь создавалась как языческое государство, в котором религия прадедов достигла своего апогея. С принятием христианства создается своеобразная амальгама старых и новых форм, названная "двоеверием".

Хронологически этот том охватывает время от первых упоминаний славян-венедов античными авторами в I - II вв. н. э. до татарского нашествия в 1237 - 1241 гг.

Восточнославянское язычество накануне создания Киевской Руси и в его дальнейшем сосуществовании с христианством отражено в большом количестве материалов, являющихся источниками для его изучения. Это, прежде всего, подлинные и точно датируемые археологические материалы, раскрывающие самую суть языческого культа: идолы богов, святилища, кладбища без внешних наземных признаков ("поля погребений", "поля погребальных урн"), а также и с сохранившимися насыпями древних курганов. Кроме того, это - находимые в курганах, в кладах и просто в культурных слоях городов многообразные изделия прикладного искусства, насыщенные архаичной языческой символикой. Из них наибольшую ценность представляют женские украшения, часто являющиеся в погребальных комплексах свадебными гарнитурами и в силу этого особенно насыщенные магическими заклинательными сюжетами и амулетами-оберегами. Своеобразным, но очень плохо изученным остатком языческой старины являются многочисленные названия урочищ: "Святая гора", "Лысая гора" (местопребывание ведьм), "Святое озеро", "Святая роща", "Перынь", "Волосово" и т. п.

Очень важным источником являются свидетельства современников, занесенные в летописи или в специально написанные поучения против язычества. По поводу последних следует сказать, что они сильно отличаются от сведений современников о западных славянах. На запад, в земли балтийских славян, ехали миссионеры с заданием окрестить местное население и приобщить его к пастве римского папы. Рассказы католических епископов о славянских языческих храмах и обрядах являлись своего рода отчетностью перед римской курией об успехах их апостольской деятельности. Миссионеры писали по принципу контрастов: разгульное, неистовое язычество с многолюдными празднествами и кровавыми жертвоприношениями, с одной стороны, и благолепие и смирение после успеха проповеди христианства, с другой. Описание языческого культа было одной из задач западных епископов-миссионеров, и это делает их записи особенно ценными. Русские авторы XI-XIII вв. не описывали язычество, а бичевали его, не перечисляли элементы языческого культа, а огульно осуждали все бесовские действа, не вдаваясь в подробности, которые могли бы интересовать нас, но были слишком хорошо известны той среде, к которой обращались проповедники. Тем не менее, несмотря на указанную особенность русских антиязыческих поучений, они представляют несомненную ценность.

Что же касается этнографии как таковой, как науки XIX-XX вв., то следует сказать, что без привлечения необъятного и в высшей степени ценного этнографическо-фольклорного материала тема язычества не может быть доведена до конца.

Применительно к Киевской Руси мы должны сказать, что те темы, которые могут быть так полно представлены в предполагаемом этнографическом томе, для эпохи Киевской Руси не документированы или уцелели лишь фрагментарно. Можно во многих случаях использовать ретроспективный метод, но у этого метода есть одно слабое место - мы далеко не всегда знаем, на какой хронологической глубине следует остановиться в ретроспекции, где кончается точный научный метод и где начинается допущение.

Поискам этих граней между достоверным и предполагаемым посвящен ряд разделов книги "Язычество древних славян", в которых выяснялась глубина памяти русских, украинских и белорусских крестьян.

Выявление глубоких корней дает нам право на применение метода экстраполяции, т. е. распространения на Киевскую Русь тех верований и форм культа, которые документированы как для более раннего времени, так и для более позднего.

Учитывая возможности достоверной экстраполяции, мы должны насытить наши представления о язычестве древней Руси также и представлениями о хороводах, ритуальных песнях, маскарадах, о детских играх, о волшебных сказках. Почти все богатство восточнославянского фольклора, записанного в XIX в., мы можем проецировать в I тысячелетие н. э. и тем самым приблизить наше представление о той эпохе к её реальному многообразию и красочности, которые совершенно недостаточно отражены археологией или поучениями против язычества.

Около полутора столетий Киевская Русь была государством с языческой системой, нередко противостоящей проникновению христианства. В Киевской Руси IX - X вв. сложилось влиятельное сословие жрецов ("волхвов"), руководившее обрядами, сохранявшее давнюю мифологию и разрабатывавшее продуманную аграрно-заклинательную символику.

В эпоху Святослава, в связи с войнами с Византией, христианство стало гонимой религией, а язычество было реформировано и противопоставлено проникавшему на Русь христианству: так называемый "Пантеон Владимира" был, с одной стороны, ответом христианству, а с другой - утверждением княжеской власти и господства класса воинов-феодалов.

Выполнение общеплеменных ритуальных действий ("соборы", "события"), организация ритуальных действий, святилищ и грандиозных княжеских курганов, соблюдение календарных сроков годичного обрядового цикла, хранение, исполнение и творческое пополнение фонда мифологических и эпических сказаний требовало специального жреческого сословия ("волхвы", "чародеи", "облакопрогонители", "ведуны", "потворы" и др.). Через столетие после крещения Руси волхвы могли в некоторых случаях привлечь на свою сторону целый город для противодействия князю или епископу (Новгород). Греческое христианство застало в 980-е годы на Руси не простое деревенское знахарство, а значительно развитую языческую культуру со своей мифологией, пантеоном главных божеств, жрецами и, по всей вероятности, со своим языческим летописанием 912-980 гг. Прочность языческих представлений в русских феодальных городах средневековья явствует, во-первых, из многочисленных церковных поучений, направленных против языческих верований и проводимых в городах языческих обрядов и празднеств, а, во-вторых, из языческой символики прикладного искусства, обслуживавшего не только простых людей городского посада, но и высшие, княжеские круги (клады 1230-х годов). Во второй половине XII в. языческий элемент сказывался еще в полной мере. Картина мира тогдашних русских горожан представляла собой сочетание схемы Козьмы Индикоплова с такими архаичными образами.

Парадный золотой убор киевских княгинь был отражением и воспроизведением макрокосма в микрокосме личной одежды и украшений. Архитектурный декор содержит ряд композиций завуалированно-языческого содержания (Дмитровский собор Владимира). Наличие явно языческих сцен, связанных с русалиями, на украшениях княгинь свидетельствует об участии представителей социальных верхов в языческих обрядах.

На рубеже XII и XIII вв. устанавливается "двоеверие", т. е. известное компромиссное равновесие языческих и православных элементов. В прикладном искусстве на месте языческих сюжетов появляются христианские. Новые поучения против язычества (конца XII - начала XIII в.) свидетельствуют о том, что за два века формальной христианизации языческие теологи выработали новые представления о силах, управляющих миром, - появилось бичуемое церковниками учение о почитании "света", как эманации высшей божественной силы. Идея света, овеществленного в солнце и в динамике его небесного хода, наполнила искусство и удержалась несколько столетий.

Язычество древней Руси IX-XIII вв. - важный раздел русской средневековой культуры, без которого невозможно понять ни народную культуру деревни и городского посада, ни сложную и многогранную культуру феодальных верхов, ярким образцом которой является "Слово о полку Игореве", пронизанное народным языческим мировоззрением и предвосхищающее поэзию эпохи Ренессанса, так часто обращавшуюся к античному язычеству.

timpa.ru

Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси 1913 (Харьковская Епархия).: tap_ac

Тар Ас (tap_ac) wrote, 2016-07-11 23:02:00 Тар Асtap_ac 2016-07-11 23:02:00 Решительно отвергнутое гражданской властью при св. Владимире, язычество почти не делало попытки реабилитировать себя, оно запряталось „по украинамъ", по глухимъ селамъ и деревнямъ, по избамт. и овинамъ. Найти его тамъ и искоренить было дело нелегкое, да и надлежащихъ средствъ для борьбы не было: древняя Русь не имела науки и не могла воспользоваться этимъ могущественнейшимъ средствомъ въ борьбе съ невежествомъ и суевериемъ.*Христианство стремилось влиять и влияло на все стороны сознательной жизни человека. Но прежде всего необходимо выяснить, противъ чего же боролось христианство. Конечно,оно боролось противъ древняго русскаго язычества: противъ языческихъ верований, обычаевъ, суеверий и проч. Противъ всего этого боролись и церковь и государство.*Въ Ельнинскомъ уезде Смоленской губ. есть село Болваничи, расположенное въ болотистой местности; по преданиям тамъ долгое время сохранялись идолы- болваны, пока власти не проникли туда и не истребили ихъ.*Въ 988 г. Владимиръ приказал, низвергнуть боговъ: однихъ изрубили, другихъ сожгли. Перунъ былъ преданъ поруганию и брошенъ въ Почайну или Днепръ. Та же участь постигла идоловъ въ 991 г. въ Новгороде: епископъ Иакимъ, прибывъ въ Новгородъ, разорилъ требища, сокрушилъ идоловъ, посекъ, т. е. низвергнулъ Перуна и приказалъ бросить его въ Волховъ. Когда Перуна тащили и издевались надъ нимъ, въ него вошелъ бесъ и началъ кричать: „О, охъ мне, достался немилостивымъ симь рукамъ".*Въ Ипатьевской летописи годъ 1114 г. Сварогь упоминается, какъ комментарий къ слову Феоста-Гефестъ „И бысть по потопе и по разделеньи языкъ, поча царьствовати первое Местромъ отъ рода Хамова, по немъ Еремия , по немъ Феоста иже и Сварога нарекоша Египтяне... Тъ же Феоста законъ устави женамъ за единъ мужь посягати... сего ради прозваша и богъ Сварог. И по семь царствовал сынъ его, именемъ Солнце, его же нарицаютъ Дажьбогъ Солнце царь, сынъ Свароговъ , еже есть Дажьбогъ, бе бо мужь силенъ“... Онъ, услышавъ, что одна египтянка находится въ недозволенной связи, старался ее уличить, „не хотя отца своего закона разсыпати Сварожа", наконецъ обличилъ ее и примерно наказалъ.*Со введетемъ въ России христианства древния верования въ Перуна смешались съ новыми христианскими: многия черты Перуна были перенесены на Илью пророка. Смешение Перуна съ Ильей обусловливалось съ одной стороны темъ, что праздновате песледнему (20 июля) бываетъ въ пору наибольшаго тепла; къ тому же въ эту пору часто бываютъ грозы.Георгий Победоносецъ также носить на себе многие языческие черты, перенесенный на него, вероятно съ Перуна . Георгий, победитель змея, считается покровителемъ стадъ и вообще животныхъ. Но это сближаетъ его скорее съ Велесомъ.Такимъ образомъ языческий элементъ сказался въ народныхъ легендахъ объ Илье пророке и Георий Победоносце.*Изъ этого видно, что слова—Купала, Купалья употреблялись для обозначения дня 23 ноня, кануна праздника Рождества Иоанна Предтечи, или 24 июня, самаго праздника. Въ древне-русскихъ памятиикахъ Купало не упоминается. Первыя упоминания о Купале, какъ о божествЪ русскихъ язычниковъ, относятся вь половине XVII века: именно въ Синопсисе и Густынской летописи. Купальское празднество сопровождалось буйнымъ весельемъ въ ночь на 24 июня: народъ плясалъ подъ музыку и песни; прыгали чрезъ пылающие костры, а на заре умывались и купались въ реках. Самое празднество не было посвящено въ честь бога Купалы.*Ярилинъ день не везде праздновался въ одно и то же время: онъ праздновался то въ день всехъ святыхъ, то на другой день Петрова поста и проч. Празднество сопровождалось плясками и хороводами.Центральной фигурой праздника былъ человекъ, чаще всего женщина, убранная цветами и лентами, иногда кукла.Солнечный характеръ праздника виденъ изъ обычая прыгать чрезъ огонь. Какъ было уже сказано, праздникъ Ярилы справлялся приблизительно около Петрова дня. Въ это время дни начинаюгъ уже убывать.Яриле справляется на лесной поляне. Празднуютъ два дня: въ первый день Ярилу встречають, а на второй погребаютъ. Изъ этого можно заключить, что некогда совершалось два особыхъ праздника въ честь солнца—Ярилы Кострубоньки, соединявшиеся потомъ въ одно. Кострубонька, можетъ быть, происходитъ отъ того, что погребаемая кукла была сделана изъ разныхъ травъ: кострубатый, шереховатый, оттуда придирчивый, задорный. Кострубъ, Кострубонько не собственное имя бога, а его прозвище, эпитетъ. Но какъ изъ Кострубоньки вышелъ Кострома,—не ясно. Кажется,слово Кострома слово финское; если это такъ, то нетъ ли финскаго элемента въ праздновании Ярилы—Купалы—Костромы?*Нашъ предокъ—язычникъ представлялъ себе природу живой, одухотворенной, сочувствующей или враждебной человеку, но не пассивной. Первобытная ненаучная мысль можетъ работать только подъ известными формами, субъективно: человекъ приписываетъ предметамъ те свойства, онъ наблюдаетъ самъ въ себе. Вотъ почему наши предки наделяли чувствами и мыслительными способностями не только животныхъ, но и неодушевленные предметы: *Ярославна обращалась съ просьбой къ солнцу, Днепру,ветру; солнце своимъ затмешемъ предвещало Игорю беду;но та же природа сочувствовала бегству Игоря изъ плена.Можно сказать, что русский человекъ скорее оживотворялъ,чемъ обоготворялъ неодушевленную природу.*Следы поклонетя деревьямъ можно видеть въ семицкомъ празднике. Въ челобитной Нижегородскихъ священниковъ 1636 г. читаемъ следующее: „въ седьмый четвертокъ по Пасце собираются жены и девицы подъ древа, подъ березы, и приносятъ, яко жертвы, пироги и каши и яичницы, и поклоняс березамъ, оучнутъ походя песнисатанинския приплетая нети и дланми плескати, и всяко бесятся". Потомъ усевшись ели свои припасы, завивали венки и проч.*Такъ, въ житии св. Иринарха борисоглебскаго (XYII в.)разсказывается, что въ г. Переяславле въ потоке лежалъ большой камень; и вселился въ тотъ камень бесъ и творилъ свои мечты. Жители города Переяславля почитали этотъ камень; особенно большое стечение народа было въ день празднования апостоловъ Петра и Павла: тогда мужи, жены и дети сходились къ камню и творили ему почесть. Преподобный Иринархъ приказалъ диакону Онуфрйо тотъ камень въ яму вринуть и землею зарыть, чтобы христиане не совершали поклонения камню. Дьяконъ Онуфрий исполнилъ повеление препод. Иринарха, за что дьяволъ воздвигъ тонете на дьякона и много пакостей ему творилъ, между прочимъ навелъ на него сильную лихорадку . Известны два большихъ камня въ Одоевскомъ уезде, Тульской губ. Башъ и Башиха, которымъ окрестные жители воздавали въ начале XIX в., а, можетъ быть, воздаютъ поклонеше и въ настоящее время. Почитание камней продолжается и теперь. Известенъ случай, когда это почитание граничило съ идолопоклонствомъ. Когда съ археологическими целями раскапывали известный Чертомлыцкий курганъ (въ половине XIX в.), то пришлось снести и положить у подошвыстоявшую на кургане каменную „бабу". Этотъ переносъ „бабы" возбудилъ неудовольствие окрестныхъ жителей: оказалось, что „баба" считалась целительницей отъ лихорадки. Случившуюся въ то лето засуху считали наказаниемъ за поругание „бабы". „Баба" была поставлена на другой курганъ. Однажды наблюдали такое зрелище: на заре къ „бабе" подошла женщина съ ребенкомъ на рукахъ, кланялась истукану и поднимала на рукахъ своего ребенка. Затемъ положила медную монету и ушла. Женщина, какъ оказалось,приходила просить каменную „бабу" объ избавлении ея ребенка отъ лихорадки. У стараго подножия истукана были найдены монеты 18-19 вв.*Въ селе Уколове Смоленскаго уезда, недалеко отъ села, въ болотистомъ овраге изъ-подъ березы бьетъ ключъ съ очень холодной водой; летомъ эта береза всегда бываетъ увешана ленточками и полосками разноцветной материи; часто вокругъ источника,на земле или чаще на сучьяхъ деревьевъ, можно видеть кемъ-то принесенные куски хлеба. Въ илистомъ дне источника, покопавшись, можно найти и монету, обыкновенно старую медную, вышедшую изъ употребления. Ходятъ на поклонение этому источнику обыкновенно женщины; въ чемъ состоитъ поклонение, сказать не можемъ, такъ какъ на поклонение ходятъ въ строжайшей тайне. Не забыто и поклонение камнямъ. Близъ вышеупомянутаго села Лучеса въ яме на берегу реки лежалъ камень, пользовавшиеся уважениемъ крестьянъ. Шла молва, что подъ камнемъ скрыть кладь, но онъ заклятъ и взять его нельзя.*Столь же древнимъ должно быть признано верование, что человеку легче всего умереть на земле; особенно же трудно умереть на перине (богатому).Если больной „труденъ" (тяжело страдаетъ), но не можетъ умереть, его спускали на полъ (у крестьянъ раньше полъ всегда былъ земляной; теперь, когда полъ обыкновенно досчатый, подъ больного подстилаютъ солому). Общеизвестенъ трогательный обычай обмывать покойниковъ и одевать ихъ во все чистое: кроме естественнаго уважения къ покойнику,здесь еще кроется старая забота не нарушить чистоту земли.*Полагаемъ,что культъ земли сохранился въ своей древнейшей форме:это почитате безъ храмовъ, обрядовъ и даже безъ определенно выраженной идеи; въ основе этого культа лежитъ сознание близости и зависимости отъ земли, отсюда благоговейное почитате земли, своей всеобщей матери. Такое сознание присуще всемъ людямъ. Подъ влияниемъ чистаго христианскаго миропонимания это сознание имеетъ свои, такъ сказать, законные размеры. Но тамъ, где нетъ чистаго христианства, древний культъ земли расширяется, какъ это видимъ у стригольниковъ и нашихъ раскольниковъ—безпоповцевъ. Не чуждо это почитание и современному крестьянину,какъ это видимъ йзъ следующаго факта, лично намъ известнаго. У одного крестьянина Дорогобужскаго уезда, Смоленской губ., не велся скотъ, издыхалъ. Одинъ хороший знакомый крестьянина подъ большимъ секретомъ посоветовалъ неудачнику, тайно отъ всехъ, на восходе солнца выйти на дворъ и три раза безъ креста и шапки поклониться земле. Крестьянинъ это исполнилъ, и скотъ у него сталъсъ этого времени вестись. Но потомъ онъ понялъ, что кланялся не Богу, а земле, и, считая свой поступокъ грехомъ,каялся въ немъ.—Этотъ случай наглядно показываетъ намъ,что древний культъ земли тайно еще продолжаетъ жить;это именно остатокъ язычества: кланяться надобно было безъ креста и тайно.*Похоронные обряды.Древняя Русь имела верование въ загробное существование души. Доказательствомъ тому служатъ погребальные обряды. Вятичи, радимичи и северяне справляли надъ покойникомъ тризну „и по семь творяху кладу (краду) велику", на которую клали покойника и сожигали, потомъ собирали кости въ небольшой сосудъ и ставили его „на столбе"при дорогахъ.*Похороны знатныхъ обставлялись различными обрядами и церемониями. Съ умершимъ добровольно себя обрекалъ на смерть кто-нибудь изъ его девушекъ или мальчиковъ. Когда умеръ богатый русъ, то одна изъ девушекъ изъявила желание умереть со своимъ господиномъ. Когда все было готово, съ реки вытащили судно, принадлежавшее умершему, поставили его на подпоры; потомъ на судне поставили ложе (скамью), покрыли его ватными стегаными одеялами, греческой золотой паволокой и подушкой изъ той же материи. Умершаго вынули изъ могилы, где онъ находился до этого времени, одели въ богатыя одежды, посадили на приготовленное ложе, подперли подушками; вокругъ умершаго поставили крепкий напитокъ, положили плоды,благовонныя травы, хлебъ, мясо, лукъ; убили собаку, двухъ лошадей, двухъ быковъ, курицу и петуха и все это бросили въ судно; оружие покойника положили близъ него. Обрекшая себя на смерть девушка была после разныхъ обрядовъи церемоний убита подле покойника. Потомъ подожгли дрова: огонь охватилъ судно, и не прошло и часу, какъ корабль, костеръ и девушка со своимъ господиномъ—обратились въ пепелъ. На месте судна насыпали возвышение, подобное круглому холму, вставили въ середину большое дерево, написали на немъ имя умершаго.Смерть чрезъ удуние и потопление, конечно, считалась впоследствие нечистой, языческой. Человекъ, умерший такою смертью, не подлежалъ христианскому погребению, какъ великий грешникъ; мало того: утопленника или удавленника по нашимъ народнымъ взглядамъ вообще не следовало хоронить, а должно оставлять безъ всякаго погребения.*Зимнний солнцеворотъ считался началомъ обновления природы, ея постепеннаго воскресения къ новой жизни, и встречался всеобщей радостью.Христианство перерождало греко-римский миръ, но языческия празднества продолжали существовать. Такъ было и съ зимними празднествами. Получилась сложная и смешанная обрядность, где христианство переплеталось съ язычествомъ. Последовалъ протестъ церкви. Былъ установленъ праздникъ Рождества Христова. Юстинианъ въ VI в. отменилъ предшествовавшие праздники и постановилъ праздновать съ 25 декабря по 5 января.*Но въ древнее время у насъ годъ начинался съ весны съ марта, что продолжалось до XV в., хотя былъ и другой визанийский счетъ съ сентября 2. Новый годъ съ января у насъ введенъ Петромъ Великимъ*За колядою следовали праздникъ въ честь весны, называвшийся масленица, но совершавшийся, вероятно, нисколько позже нашей масленицы. Въ настоящее время масленица справляется на сырной неделе, последней передъ Великимъ постомъ. Къ масленице приурочиваютъ встречу весны Вероятно, масленицу въ языческое время праздновали после весенняго равноденствия.*Язычестй характеръ радуницы не подлежитъ сомнению. Обычай поминать покойниковъ во время весеннихъ праздниковъ возникъ вероятно въ силу такого представления: зимой природа замираетъ, а весной оживаетъ; такая перемена происходитъ и съ душами умершихъ: вместе съ травами, цветами и деревьями души покойниковъ оживаютъ и некоторое время живутъ въ рекахъ, освободившихся отъ оковъ льда.*Купало.Самымъ бурнымъ праздиикомъ былъ Ярилинъ день, Купало въ ночь съ 23 на 24 июня. Это былъ праздникъ въ честь солнца. Въ это время наша северная природа достигаетъ наивысшаго расцвета и пышности. Потому то и собираютъ на Купалу целебныя травы и растетя. Можетъ быть этотъ праздникъ имелъ въ виду летописецъ, говоря о сборищахъ между селъ: сходились на игрища, на плясания и на бесовския потехи, и тамъ умыкали себе женъ,кто с кемъ совещался. Начиная съ 9 июля дни начинаютъ уменьшаться, что делается заметнымъ къ Купалу. Купальскиe обычаи скатыванье съ горы колеса и прыгание черезъ огонь, иногда прямо въ воду , указываютъ на спускающееся,поворачивающееся на зиму солнце.*Въ половине XYI в. на Руси крепко держались языческие обряды, противъ которыхъ вооружился соборъ 1551 г. Въ Стоглав’Ь (глава 41, 92 и 93) сохранились ярыя обличия остатковъ древняго язычества. Въ половине XYII в., какъ видно изъ сочинений Симеона Полоцкаго, купальские праздники существовали. Въ своей „Вечери духов Симеонъ Полоцкий говорить, что въ навечерие Иванова дня по языческому обычаю разводятъ огонь, скачутъ черезъ него и это торжество называютъ Купало; проводятъ всю ночь безъ сна, ожидая восхода солнца, думая, что оно въ этотъ день играетъ, „скачюще изъ места на место", меняетъ различные цвета.Изъ „исповеди" видно, что существовалъ обычай обливаться водой и другихъ „куповать" въ великий (чистый) четвергъ, въ навечерие рождества иоанна Предтечи (на Купалу) и въ день Петра и Павла.*Весьма пространное обличение купальныхъ обычаевъ содержится въ статье „О идолахъ владимировыхъ" '). Въ настоящее время вакханалия въ купальскую ночь прекратились. Но даже и теперь, въ XX веке,простой народъ раздйляетъ те самыя верования, противъ которыхъ ратовалъ Симеонъ Полоцкий. Въ Смоленской губ.крестьяне убеждены, что на Ивановъ день рано утромъ солнце играетъ по небу, то поднимаясь высоко, то опускаясь внизъ и проч. Вообще Купальская ночь полна чаръ и чудесъ. Въ эту ночь цвететъ папоротникъ, клады выходить изъ земли на просушку и проч. Не одни pyccкиe,но и западно-европейские народы придаютъ „Ивановой"(Купальской) ночи особенное значеше; въ Германии, например убеждены, что въ эту ночь оживаютъ все прежние боги и вступаютъ въ свои права. Очевидно, наша купальская ночь пережитокъ древняго праздника, восходящаго къ глубокой древности.Говоря о языческихъ праздникахъ, мы собственно вращаемся к области более или менее вероятныхъ предположений. Въ первые века христианства на Руси, когда жива была языческая старина, никто не описывалъ русскаго язычества и языческихъ праздниковъ. Трактуя о языческихъ праздникахъ, мы на самомъ деле говоримъ о праздникахъ въ христианскую эпоху, сохранившихъ черты древняго язычества.Очевидно, древние праздники были не однодневные, а длились более или менее продолжительный сроки, примерно неделю или две.*Смыслъ солнечныхъ праздниковъ былъ очень скоро забыть русскими людьми. Народъ въ известные дни въ году предавался веселью, играмъ, но делалъ это по традиции.Власти обличали и увещевали народъ за разгулъ, но о язычестве въ его непосредственномъ виде не было речи: народъ проводилъ время по-язычески, но что означали те или другие обряды на этихъ игрищахъ, никто уже не зналъ. Не то было съ обычаями и праздниками, посвященными культу предковъ. Эти праздники, касаясь интимнейшихъ сторонъ человеческаго духа, оказались очень живучими. Бороться съ ними было темъ более трудно, что совершались они обыкновенно не на площади и улице, вообще не публично,а въ семье, интимно. О борьбе противъ почитания рода и рожаницъ мы говоримъ въ другомъ месте.***Приступая къ иследованию борьбы христианства съ остатками язычества въ древней Руси, мы прежде всего отметимъ, что противъ язычества у насъ борьба велась съ двухъ сторонъ: противъ него боролись церковь и государство. Иногда церковь и государство действовали совместно,иногда вели борьбу самостоятельно.Прежде всего средствомъ борьбы противъ язычества были каноническия постановления вселенской церкви, собранный въ книге, известной у насъ подъ именемъ Кормчей книги. Наши первые митрополиты были греки; приходя на Русь, они приносили съ собой греческия церковныя традиции а также, по всей вероятности, и каноническия постановления греческой церкви.*Къ каноническимъ постановлениямъ русскаго происхождения должны быть отнесены уставы нашихъ князей, определявшие область церковнаго суда, который былъ однимъ изъ средствъ борьбы противъ язычества. Стремясь къ скорейшему и наиболее глубокому усвоению русскимъ народомъ христианства, наши князья официально предоставляли церкви право суда надъ некоторыми видами преступлены. Св. Владимиръ первый далъ тому примеръ.По Уставу Владимира Церкви предоставлялась широкая судебная власть надъ христианами. Митрополитъ и епископы судили не только церковныя преступления, но гражданские и уголовныя: ведьство (ведовство), зелниничьство (отравительство), потвори,чародеяния, волхования.Митрополий судъ былъ необходимъ на первое время; въ некоторыхъ случаяхъ только церковь могла справедливо определить правоту или виновность русскаго человека XI—XII века.Такимъ образомъ сама жизнь, новыя общественныя условия отдавали судъ мирской въ руки церкви.Какими же средствами располагала церковь противъ греха и преступления? Обычнымъ средствомъ наказания былъ денежный штрафъ въ пользу судьи. Но кроме штрафа, карательной меры, уставъ Ярослава применялъ исправительные меры: епитимю и принудительное пребываше въ церковномъ Доме, где арестованнымъ, вероятно, вменялось обязательное посещение храма и некоторый физический трудъ,что практикуется и теперь для лицъ, отправляемыхъ „подъ начало въ монастырь. Кажется,применялось и телесное нахазание. Ему напр. подвергали лицъ занимавшихся скотоложествомъ и колдовствомъ. Епитимье и заключению въ церковный домъ подвергали преимущественно за грехи противъ седьмой заповеди. Очевидно,старое языческое невоздержание не скоро было забыто русскими.*Игры и пляски предосудительны потому, что это дело, отвлекающе отъ праведной жизни. Въ играхъ почетъ и слава дьяволу, такъ какъ любители такихъ развлечений творятъ супротивъ божию закону.Таковъ взглядъ нашихъ древнихъ книжниковъ на наше древнее язычествство.*Деятельность князей до-монгольскаго периода, посвященная этой стороне народной жизни, нами уже отмечена. Последующие властители Руси обнаруживали не меньшую заботливость въ этомъ направлении, хотя не облекли ее въ столь определенный законодательный формы.Христианство было введено у насъ по инициативе гражданской власти. Идолы были сокрушены по приказанию князя Владимира. Въ XI веке государство также стояло на страже интересовъ церкви; появлявшиеся волхвы „погибоша"; о некоторыхъ изъ нихъ мы знаемъ, что они погибли отъ руки представителей государства, о другихъ можно думать, что ихъ исчезновение произошло при содействии той же власти. Стремясь къ скорейшему и наиболее глубокому усвоению русскимъ народомъ христианства, наши князья оффицально предоставляли церкви право суда надъ некоторыми видами преступления. Такимъ образомъ государство добровольно поступалось своими правами въ пользу церкви. Вообще, древняя Русь успешно христианизировалась,находясь подъ благотворнымъ влияниемъ Византии.Въ первой половине XIII в. надъ Русью стряслась великая беда: татарская орды съ огнемъ и мечемъ прошли по нашей родине, разоряя и уничтожая селения и города; множество жителей было истреблено или же попало въ рабство. На оставшихся въ живыхъ была наложена тяжелая дань.Жители городовъ и селъ русскихъ, лежавшихъ на пути татарскихъ ордъ, выходили къ ним навстречу съ крестами, т. е. сдавались добровольно безъ малейшаго сопротивления и безъ всякихъ условий, но были все убиваемы.*Pyccкиe люди, со временъ св. Владимира, искренно стремились къ истинному правоверию и христианскимъ добродетелямъ. Древнее язычество тускнело и вымирало.*Въ XVI-XVII вв. и духовная власти прилагали большую заботу о нравственномъ преуспеянии русскаго общества: гонению подвергались игры, пляски, песни,скоморохи, волшебство, астрология и проч.*Необходимо принять во внимание, что христианство могло съ давнихъ поръ проникать въ pyccкиe города,главнымъ образомъ въ Киевъ, при посредствё торговыхъ и военныхъ сношений съ греками. Природная мягкость славянъ способствовала распространению христианства на Руси.*Потомъ Владимиръ всемъ безъ исключения некрещенымъ киевлянамъ приказалъ креститься, при чемъ отказъ отъ крещения былъ личною ненриятностью для князя, по словамъ Владимира:если кто на утро не явится на реку для крещения, тотъ„противень мне да будетъ“. Народъ шелъ креститься с радостью, какъ замечаетъ летописецъ. Потомъ Владиниръ повелелъ рубить церкви и ставить ихъ на техъ местахъ,где раньше стояли кумиры. Чрезъ некоторое время после крещения Киева, было совершено крещениее Новгорода.Распространете христианства шло постепенно. Можно думать, что къ концу своей жизни Владимиръ успелъ окрестить всю славянскую Русь, кром инородческой.Когда князъ Владимиръ объявилъ въ Киеве господствующей религией христианство, официальному язычеству въ Kиеве пришелъ конецъ. Въ другихъ местахъ дело распространения христианства шло не такъ успешно, а въ глуши лесовъ еще долгое время держались старыя языческия предания и обряды.Какъ Илья Фесфитянинъ, заклавший триста пятьдесятъ жрецовъ идольскихъ, говоря: „ревнуя поревновахъ по Господе",—такъ и Христолюбецъ не могъ терпеть двоеверно живущихъ христианъ, которые веровали въ Перуна, Хорса, въ Мокошь, въ Сима и Регла, въ вилъ,въ родъ и рожаницъ. „Кладутъ имъ требы и короваи имъ ломятъ, говоритъ Христолюбецъ: и куръ режутъ въ ихъ честь; молятся огню, называя его Сварожичемъ. Къ прискорбию Христолюбца двоеверно жили не только невежи,но и вежи, т. е. не только люди темные, не оддающие себе отчета въ своихъ поступкахъ, но и люди знающие учете веры; даже „Попове и княжницы", духовенство и люди начитанные въ священныхъ книгахъ. Мы не имеемъ точныхъ сведений, когда написано слово Христолюбца. Возможно,что оно составлено въ до-монгольский периодъ. Такимъ образомъ, спустя века два после принятия христианства, на Руси еще хорошо помнили имена языческихъ боговъ, совершали имъ какиято требы. Но смыслъ древняго язычества былъ уже забыть: требы и вообще языческие обряды совершались просто по привычка, безъ пониматя ихъ смысла, по крайней мере Христолюбецъ, перечисляя имена боговъ, почти ничего не говорить о языческомъ культе по существу, о чемъ безъ сомнения онъ не преминулъ бы распространиться при егоревности къ обличению. Смыслъ древняго язычества быль настолько забыть, что даже при совершении старыхъ языческихъ обрядовъ употребляли христианския молитвы.Pyccкиe люди, будучи уже крещены, кланялись и приносили жертвы грому и молнии, солнцу и луне, Перуну,Хорсу, Стрибогу, Дажьбогу, виламь, Переплуту, Мокоши,упырямъ и берегинямъ. Кланялис огню-сварожичу, камнямъ, рекамъ, источникамъ, деревьямь. Въ жертву приносили куръ, которыхъ иногда резали и съедали, а иногда топили въ воде, вероятно, предварительно задушивъ.Культъ предковъ былъ сильно рашитъ.—Конечно, люди,молившиеся Перуну, Хорсу, Мокоши клавшие требу роду и рожаницамъ, были плохими христьянами, такъ какъ не знали христьанства, хотя и были крещены. Но еще более плохими были они язычниками, такь какъ смыслъ язычества ими былъ совершенно утрачень: сохранились имена боговъ, сохранились некоторые язычесие обряды, но никто уже не зналъ и не понималъ ихъ значения. Действительно,это были люди „двоеверно живущие" какъ ихъ метко называлъ Христолюбецъ. Среди неграмотной массы русскаго народа такое двоеверие продолжалось весьма долгое время.*Чемъ дальше шло время, темъ тускнее и непонятнее делалось древнее язычество. Наши книжники знали изъ книгъ имена своихъ древнихъ боговъ, а народъ не помнилъ даже и именъ. Чтобы осмыслить древнюю славянскую мифологию, обращались къ греческимъ хронографамъ, сближая имена древнихъ славянскихъ божествъ съ божествами греко-римскаго мира. Были попытки изъяснить русскую мифолоию на основании польскихъ историковъ (напр. Стрыйковскаго). Наконецъ имена русскихъ боговъ изъяснялись на основании Библии.*Изъ послания митр. Симона (1501 г.) въ Пермь видно что новообращенные во многомъ еще продолжали держаться старыхъ обычаевъ; собственно это были настоящие язычники по духу и христиане только по имени.Новгородский архиепископъ Макарий вследствие дошедшихъ до него слуховъ писалъ къ духовенству Вожской пятины, что ихъ пасомые не ходятъ въ церковь,не говеютъ, не соблюдаютъ постовъ. „Молятся по сквернымъ своимъ мольбитцамъ древесомъ и каменью... Жертву и питья жрутъ и пщтъ мерзкимъ бесомъ, и призываютъ на те свои скверный мольбища злодеевъ отступникъ арбуев чюдцскихъ,и мертвыхъ своихъ они кладутъ въ селехъ по курганомъ и по коломищемъ съ теми жъ арбуи, а къ церквамъ на погосты техъ своихъ умершихъ оне не возятъ схраняти". Для наречения имени младенцамъ, раньше православныхъ священниковъ къ родилышцамъ приглашали „техъ же скверныхъ арбуевъ", ихъ же призывали и „на кануны", т. е. на поминки. Въ той же Водкой пятине, какъ видно изъ грамоты новгородскаго арх. веодония 1548 г., христиане молились по своимъ молбищамъ „древесомъ и камениям", постовъ не соблюдали, жили безъ венчания, супружеская верность и чистота отсутствовали; мертвыхъ хоронили въ лесахъ и по курганамъ,къ новорожденнымъ детямъ сначала призывались арбуи, а потомъ уже священники. Apxиепископ. феодосии повелевалъ мольбища, камение и древеса везде разорять и истреблять въ конецъ и огнемъ пожигать.*Есть указате, что въ Новгороде христианство было введено гражданской властью, действовавшей вооруженной рукою: известная пословица гласитъ, что „Путята крестилъ мечемъ,а Добрыня огнемъ"*Сохранилось предате о появлении волхва въ Новгороде; разсказъ объ этомъ передается въ летописи подъ 1071 г., но на самомъ делеволхвъ въ Новгороде могъ явиться между 1074— 1078 г . Волхвъ обещалъ перейти реку Волхвъ предъ всеми. Не окрепшие въ христианстве новгородцы взволновались. Положение епископа было затруднительнымъ. Онъ облачился въ священный облачения и, взявъ крестъ въ руки, сказалъ:„Кто хочетъ верить волхву, пусть идетъ за нимъ; а кто веруетъ (во Христа), пусть идетъ ко кресту". На сторону епископа сталъ только князь Глебъ Святославичъ съ дружиной,а за волхвомъ пошелъ весь народъ. Князь Глебъ спряталъподъ полу топоръ, подошелъ къ волхву и спросилъ у него:„Знаешь, что будетъ сегодня?"—„Сотворю велитя чудеса",отвечалъ волхвъ. Глебъ ударилъ его топоромъ, и волхвъ палъ мертвымъ.*Волхвы скоро поняли, что имъ не одолеть господствующаго течения. Они стали скрывать свое ремесло и въ значительной мере сумели удержать свое влияние на народъ.Волхвы поняли, что столице на страже новой религии князья не допустятъ ихъ деятельности, и открыто уже не выступали.*Вотской пятины скорее были язычники, чемъ христиане,такъ какъ поклонялись деревьямъ и камнямъ, почитали более арбуевъ, чемъ священниковъ. Въ Перми молились болвану Воипелю. Но здесь речь идетъ не о русскомъ населении, а о финскомъ. Въ своемъ послании въ Пермь (1501 г.) митр.Симонъ прямо говоритъ о новообращенныхъ. Чудские, ижорcкиe, корельские и другие уезды и погосты Вотской пятины были заселены язычниками, или же такими финскими племенами, которыхъ только по имени считали христианами.Архиепископъ Новгородский въ 1534-5 г. посылалъ туда иеромонaxa Илью, который объехалъ многие погосты и уездыи всюду истреблялъ языческие обычаи, возстановилъ право , а некрещеныхъ крестилъ. Насколько успешно было дело Ильи, видно изъ того, что чрезъ 12—13 летъ по поручению арх. Эфодония въ ту же пятину для искоренения язычества посылали священника Никифора. Результаты деятельности последняго неизвестны ‘). То же самое следуетъ сказать о Сибири. После покорения ея Брмакомъ, туда въ 1582 г. было послано десять священниковъ. Въ 1585 г. тамъ уже были „руские города съ православными церквами".И темъ не менее въ сибирскихъ городахъ многие жили не хриспанскимъ обычаемъ.ПРОДОЛЖЕНИЕ:http://onanerbe.blogspot.ru/2016/07/1913.html

PhotoHint http://pics.livejournal.com/igrick/pic/000r1edq

tap-ac.livejournal.com

Язычество Древней Руси и его роль в русской культуре

ВВЕДЕНИЕ. 2

Язычество древней руси и его роль в русской культуре. 4

Заключение. 10

Список литературы.. 11

По данным археологии на территории нашей страны первобытный человек появился в период раннего палеолита - древнекаменного века (примерно 700 тыс. лет назад). Заселение шло с юга, о чем свидетельствуют археологические находки. Так, в районе Житомира и на Днестре найдены следы пребывания древних людей 500 - 300 тыс. лет назад. Стоянки людей среднего палеолита (100 - 35 тыс. лет до н. э) обнаружены на территории России: на Средней и Нижней Волге и в других местах.

В древности доминантными этносами на нашей территории являлись индоевропейцы и угро-финны. К середине II тысячелетия до н.э. археологи относят выделение из индоевропейских племен праславян. Это была группа родственных племен; принадлежащие им памятники прослеживаются от Одера на западе до Карпат на востоке Европы.

Сам термин «славяне» до сих пор удовлетворительно не объяснен. Возможно, он связан со «словом», и так наши предки могли себя именовать в отличие от иных народов, речь которых они не понимали (немцы). Очевидно, термин «славяне» возник не сразу и не вдруг стал обще употребительным.

У устных преданий совсем другая жизнь, нежели у письменных. Как отмечал академик Борис Дмитриевич Греков (1882-1953), "в легендах могут быть зерна истинной правды". Поэтому непременным условием аналитического и смыслового исследования исторических сказаний является отделение "зерен от плевел". Легенды о происхождении любого народа всегда хранились как величайшая духовная ценность и бережно передавались из уст в уста на протяжении веков и тысячелетий. Рано или поздно появлялся какой-нибудь подвижник, который записывал "преданья старины глубокой" или включал их в подредактированном виде в летопись.

Большинство из дошедших до наших дней древнейших летописей (и уж, во всяком случае, все те, которые были возведены в ранг официальных) имеют киевскую ориентацию, то есть писались, редактировались и исправлялись в угоду правящим киевским князьям Рюриковичам, а в дальнейшем - в угоду их правопреемникам московским великим князьям и царям. Новгородские же летописи, имеющие совсем иную политическую направленность и раскрывающие подлинные исторические корни, как самого русского народа, так и правивших на Руси задолго до Рюрика князей, нередко замалчивались или попросту уничтожались. О том, что там было раньше, можно судить по летописи новгородского епископа Иоакима (дата рождения неизвестна, умер в 1030 году), которая дошла лишь в пересказе Василия Никитича Татищева (1686-1750).

Другой прославленный историк Николай Михайлович Карамзин (1766-1826) безапелляционно отвергал любые отклонения от своей абсолютизированной схемы начальной русской истории и не колеблясь, объявлял ложной или поддельной любую точку зрения, не совпадающую с его собственной. Что касается хронологии, то Древнейший (?!) период отечественной истории, как о том черным по белому написано в предисловии к 12-томному Карамзинскому труду, начинается с 862 года (?!).

Именно с этой даты и принято было долгое время вести отсчет русской истории.

Древнейшие поселения восточных славян, из которых позже образовались первые русские города, все без единого исключения обосновались на реках. Река в значительной степени обеспечивала жизнедеятельность наших предков: давала воду для приготовления пищи и ведения хозяйства, снабжала рыбой и водной птицей, предоставляла легкий, идеально гладкий путь по воде летом, по льду - зимой; река образовывала также естественную защиту на крутых, изрезанных притоками берегах… Наши далекие предки обожествляли реку и первое свидетельство о почитании славянами рек и водяных божеств зафиксировано у византийца Прокопия в VI веке н.э. Нестор тоже писал, что в языческую эпоху мы вместо богов почитали реки, озера, источники.

Словацкий лингвист и этнограф Павел Шафранек (1795-1860) в своих трудах отметил, что в праславянском языке река называлась руса (rusa). Он писал: "Это коренное славянское слово, как общее существительное имя, уже осталось в употреблении только у одних русских в слове русло, обозначающем ложбину, русло реки, глубь, вир; но как собственное имя рек, городов и селений, более или менее близ них лежащих, употребляется почти у всех славян".

Знаменитый русский историк прошлого века Д.И. Иловайский писал: Народное имя Рось или Русь, как и многие другие имена, находится в непосредственной связи с названиями рек. Восточная Европа изобилует реками, которые носят или когда-то носили именно это название. Так Неман в старину назывался Рось; один из его рукавов сохранил название Русь; а залив, в который он впадает, имел название Русна. Далее следуют: Рось или Руса, река в Новгородской губернии, Русь, приток Нарева; Рось, знаменитый приток Днепра на Украине; Руса, приток Семи; Рось-Эмбах; Рось-Оскол; Порусье, приток Полиста и прочие. Но главное, имя Рось или Рас принадлежало нашей Волге".

От того же праславянского корня "рус" образовано слово русалка, с древним культом ее связано множество языческих поверий и языческие обряды русалии.

В.И. Даль зафиксировал в своем словаре много диалектных русских слов, производных от того же исходного корня "рус": руслень - приполок за бортом, за который крепятся ванты; руслина - быстрина, стрежень; руст - "вода идет рустом", это значит, она идет потоком, струей; собственное имя Рус - "сказочное чудовище днепровских порогов"; мужское имя Руслан, памятное по пушкинской поэме.

Главным же путеводным словом для нас остается "русло", присущее только русскому языку и образованное от корня "рус" с конечной русской флексией, очень распространенной в нашем языке: весло, ветрило, тягло, сусло, мыло, масло, коромысло, точило и так далее.

Великое множество племен и народов на земле называлось по месту их преимущественного обитания. Самоназвание приморских чукчей - ан калын ("морские жители"), бедуины - "жители пустынь", селькупы - шеш куль ("таежный человек"), индейцы сенека - нунда-вэ-о-но ("великий народ холмов").

Приступим к основному выводу: Если "руса" - это "река" - извечное место поселений наших предков, с которой всегда был так тесно связан их образ жизни и верования, "рус" - праславянский корень, образовавший такое большое гнездо слов только в русском языке, Рус - уже полузабытое мифическое днепровское божество, то обобщенный этноним "русы" или "руссы" - издревле значило "живущие на реках", "жители рек", "речной народ".

В "Авесте", священной книге древних персов, говорится о реке Ranha, где живут люди без главарей, где господствует зима и земля покрыта снегом; позже у персов это река Raha, отделяющая Европу от Азии.

Скрупулезным филологическим анализом Ф. Кнауэр доказывает этимологическое тождество этих названий с древним именем Волги - Ра, которое обрело впоследствии такие формы, как Рос у греков и арабов, Рось, Русь, Роса, Руса у славян.

Таким образом, Ф. Кнауэр считает, что "... имя народа русь чисто славяно-русского происхождения" и в точной передаче слова означает не что иное, как приволжский народ.

По мнению большинства историков, прародиной славян в расцвет бронзового века (середина II тысячелетия до н. э) являлась Центральная и Восточная Европа. История восточного славянства и русского этноса как самостоятельной ветви славян начинается в I тысячелетии до н.э., когда славянские племена Среднего Поднепровья борются за свою независимость, строят первые крепости, впервые сталкиваются с враждебной степной конницей киммерийцев и с честью выходят из сражений. К этому времени ученые относят создание первичных форм славянского героического эпоса. Ко времени прихода скифов в южнорусские степи (VII век до н. э) славяне прошли уже большой исторический путь, отраженный как в археологических материалах, так и в мифах. Социальный строй среднеднепровских славян еще за полторы тысячи лет до Киевской Руси оказался на пороге государственности. Об этом говорят упоминания Геродотом славянских «царей», всаднические черты погребенных воинов, огромные «царские» курганы на Киевщине и импортная роскошь славянской знати.

В конце V - середине VI века началось великое переселение славян на юг, за Дунай, на Балканский полуостров, когда славянские дружины отвоевали и заселили почти половину Византийской империи. Грандиозное по своим масштабам движение славян перекроило всю этническую и политическую карту раннесредневековой Европы. Освоенная славянами территория представляла собой так называемые «ворота народов» - открытое пространство между Уральскими горами и Каспийским морем, - через которые непрерывным потоком вливались в южнорусские степи волны кочевых народов. Период с VIII по конец XVII в. - самый беспокойный в истории нашей страны. В это время русские земли подвергались опустошительным набегам.

«Ворота народов», южнорусская степь, манили к себе многих. В I тысячелетии до н.э. здесь возникли Боспорское и Скифское государства. В VII-VI вв. до н.э. берега Средиземного, Черного и Азовского морей колонизировали греки. Во II столетии до н.э. южнорусские степи заняли иранские племена сарматов, затем аланы. В III-II веках до н.э. сюда вторглись германские племена готов, образовавшие большое царство от Дуная до Дона. В 375 году н.э. готов оттеснили монгольские орды гуннов заняв своими кочевьями пространство между Волгой и Дунаем. На смену гуннам в VI веке явилось в южнорусские степи новое монгольское племя аваров, господство которого было также непродолжительным. Ему на смену в VII-VIII веках явились новые азиатские орды - угров (венгров), болгар и хазар. Угры, недолго задержавшись, прошли в долину Дуная, где и основали свое национальное государство. Хазары образовали в VIII-IX вв. обширное государство (каганат).

Таким образом, на роль хозяев Великой русской степи претендовали многие народы, но только древним русам, отразившим многочисленные набеги превосходящих по силе врагов, удалось не только закрепиться, но со временем создать одно из самых могучих из когда-либо существовавших государств. На его основе сформировался особый цивилизационный тип - евразийский, о сущности, особенностях и предназначении которого специалисты продолжают дискутировать до сих пор.

mirznanii.com